Она - новенькая

— Я тебе пацан что ли, руками махать?! Борзота…

— Может быть и «борзота»! Но зачем Вашей дочке лох, который мнения своего не имеет и приборзеть не решится, когда нужно за нее встрять?

Распахивает удивленно глаза, брови ползут вверх.

— А ну-ка давай отсюда! Щенок…

— Рад знакомству, наверное. Жаль не взаимно.

— Миха! Увези болезного пока не прибил! — рявкает он.

Я как в коматозе выхожу из кабинета. Перед глазами плывет. Отца я подставить так не могу. Как бы мы не конфликтовали.

Медленно поднимаюсь наверх мимо Яны. Она стоит молча. Забираю кроссовки, куртку. Спускаюсь.

Останавливаюсь рядом с ней. Сжимаю холодные пальчики.

— Извини, — срывается мой голос. — Ты офигенная девочка. Я буду очень скучать.

Ее губы подрагивают.

— В школе увидимся?

— Наверное. Выздоравливай и увидимся, — загашенно бормочу я.

Finita la commedia, Шагалов.

— Мм, ясно.

Замирает. Еще раз сжимаю ее кисть.

Нереально уйти, вот так бросив ее, но надо. В порыве снимаю кольцо со среднего пальца. Надеваю ей на большой. Хочется хоть как-то…

Ай, ладно! Мысленно даю себе несколько отрезвляющих подзатыльников. Никто не умирает.

Молча сбегаю вниз. Выхожу из дома.

Сажусь на переднее сиденье, рядом с Мишей.

— Ты-то нахрена встрял, крутой парень? — скашиваю на него глаза.

— Лучше быть принципиальным идиотом, чем некомпетентным идиотом, разве не ясно? — сжимает он челюсти.

— А. Ну да. Извини за подставу.

— Проехали.

Глава 16. Пустота

ЯНАСегодня в школу меня везет сам полковник! Редкое событие. Нет, я не в обиде, что оно редкое. У него работа… А я как жена офицера. Только дочь. Должна все понимать и принимать. Вместо мамы.

— Так и будешь молчать, Яна? Это бойкот?

— Бойкот? Я уже не ребенок. Но сказать мне тебе нечего, папа.

— Тогда, послушай меня.

— Внимание! Сейчас будет изнасилование, — фыркаю я. — Слепая девочка не может оказать сопротивление, поэтому вынуждена будет потерпеть. Начинайте, полковник, не стесняйтесь.

Тихо выругавшись замолкает.

Так то!

Через некоторое время чувствую, что машина останавливается.

— Потом ты поймешь, что это был не твой человек.

— Как ты понял это с мамой?

— Совершенно верно.

— Нда. Нужно было обойти ее стороной двадцать лет назад. Тогда бы не получил никаких проблем со слепой дочерью сейчас. Как собственно и саму дочь. Так?

— Ты все переворачиваешь, Яна! Поверь мне. Найдется другой человек…

— Идеальнее — в твоем понимании?

— Да.

— Надеюсь, ты на нем женишься, папа. И прекратишь навязывать мне свои симпатии к людям.

— Это наш классовый враг, так понятнее?

— И что же такого он сотворил?

— Сотворит. Как только вольется в семейный бизнес.

— А как же презумпция невиновности? Может, еще и сестренку его сразу на костер. Когда-то же вырастит и тоже вольется.