От любви

Из жалости? Но он совершенно не проявлял жалости в общении со мной!

Господи… А может он что-то страшное задумал?!

Внутри собралось много аргументов, чтобы обвинить его. ЕГО а не себя!

— Я хочу уйти отсюда, — вдруг выпалила я. — Я боюсь его!.. Боюсь здесь оставаться. Все такое чужое… Адина, пожалуйста, вы должны мне помочь!

— Ох, Мариям, не разрывай мое сердце, — простонала Адина в ответ. — Девочка, твой муж не простой человек! Ни один мужчина из нашей семьи не станет мне помогать — я только наврежу своей помощью! Боже… давай я приеду? Я поговорю с ним еще раз. А если меня не пустят, буду биться в чертовы ворота… — Ее голос дрогнул и слова оборвались.

Послышался плачь, который буквально наживую порезал меня внутри! Так сильно, что дыхание перехватило.

— Мама, — позвала я в трубку. И так это естественно прозвучало, будто из самой моей души, которая никогда ничего не забывает. — Пожалуйста, не плачьте. Простите, что довела вас до этого…"

"— Да нет. Это не ты… — возразил уставший женский голос. — Я сама себе строгий судья. Если бы я хотя бы догадывалась, что задумал твой муж!.. Возможно я успела бы тебя как-то подготовить, рассказать. А теперь… Я просто растеряна. И боюсь, дочка, что тебе придется справляться самой.

В горле встал ком, не позволив мне ответить. Мама тоже некоторое время молчала.

— Я надеюсь, что память вернется к тебе намного раньше, и ты сможешь ориентироваться в том, что происходит! — воодушевляюще произнесла она. — Обещаю, я буду стараться приезжать к тебе как можно чаще!

Вздохнув, я смиренно отозвалась:

— Хорошо. Спасибо…

— Но, Мариям, — вдруг требовательно позвала Адина. — Если он хоть раз тронет тебя, посмеет поднять руку!.. Только скажи мне, и я сделаю все, чтобы добиться развода! Пойду на любые жертвы, но не позволю ему обижать тебя!..

Я вдруг застыла, нервно прикусив кончики пальцев.

— Думаете, он способен? — спросила на одном дыхании.

Мама не сразу ответила. И это только еще больше насторожило.

— Я… плохо знаю этого человека, — наконец сказала она неуверенно, будто тщательно подбирая слова, чтобы меня успокоить. Или будто пожалела, что подняла эту тему. — Но думаю, нет, Мариям. Тебе не стоит бояться.

— Но вы не знаете наверняка, — безнадежно констатировала я, словно сама себе.

А Адина помолчала и загадочно поведала:

— Скажем так, были моменты, которые дали мне кое-что понять про твоего мужа… Положа руку на сердце, я действительно думаю, что если он и захочет причинить тебе боль — она… не будет физической.

Нахмурившись, я обессиленно прислонилась к стене. Этот разговор выкачал из меня немало сил и здорово запутал, вместо того, чтобы хоть что-то прояснить.

— Я так устала… — искренне произнесла я.

Мама вздохнула.

— Знаю.