От любви

— Что? — выдал он, в грозном недоумении замедлив шаг.

— Ты знал, что я не умею плавать! — осуждающе выпалила я, задыхаясь от обиды и продолжая отступать. — И все равно заставил меня идти в воду!..

Лицо мужа на глазах превратилось в суровую каменную маску.

— За кого ты меня принимаешь? — спросил он ледяным тоном.

Даже сомнения всколыхнулись в душе. Я неловко застыла, уставившись на него недоверчивым взглядом и чувствуя, как слишком быстро теряют силы эмоции.

— Не знаю, — глухо выдала в конце концов, мотнув головой. — Я… не знаю тебя!..

Я обняла свои влажные плечи руками, а муж поджал губы и негодующе отвел глаза.

— Ну хорошо, — неожиданно сказал он. — Тогда я расскажу тебе.

Глянув на меня исподлобья, Адам начал медленно приближаться."

"— Меня зовут Исламов Адам Салихович. Мне двадцать девять, и впервые я женился лишь год назад. Да — меня вполне устраивало жить свободным мужчиной. Ровно до тех пор, пока не встретил тебя. — Он остановился в шаге, но я не пыталась отступить, только пальцы непроизвольно впились в плечи. — В тот день ты гуляла по набережной вместе с подружками из института. Твой платок принесло ветром, и он зацепился за боковое зеркало моей машины. Всего один момент. Но он решил все. Ты забрала платок, тут же убежала, пугливо пряча глаза, а я понял, что увижу тебя еще раз. Чего бы мне это не стоило.

Я неловко отвела взгляд в сторону. Это неожиданное откровение привело в замешательство и смущение.

Адам задумчиво продолжил, словно углубился в воспоминания:

— Чем больше ты отвергала мои ухаживания, тем сильнее я желал тебя. Думал это азарт разыгрался, охотничий инстинкт, но когда ты наконец сдалась, оказалось, что ничерта. Я помешался на тебе. Влюбился как пацан. — Дыхание перехватило. Я не знала, куда себя деть, тогда как для мужа это признание, словно ничего не стоило. Сейчас уже не стоило. — Однажды ты заставила меня сделать выбор — определиться с намерениями или потерять тебя. И я сделал. Без единого сомнения приехал в дом к твоим родителям.

Он поднял руку и, настойчиво заглядывая в глаза, убрал влажные пряди с моего лица.

— Ты вот-вот должна была стать моей, — прохрипел Адам, а у меня мурашки выступили на коже. В ожидании того, что он расскажет дальше, грудную клетку так и сжало невидимыми тисками. — На тот момент для меня не было ничего важнее. Ты глубоко пролезла в мою душу, насквозь пропитала. А потом плюнула в нее, унизив меня прямо на нашей свадьбе.

Внутри передернуло.

Его голос стал жестким, взгляд — ледяным. Я сглотнула от острого ощущения, что муж сейчас сделает что-то плохое!.. Воздух вокруг буквально накалился, и каждый нерв в моем теле натянулся струной. Но Адам не пытался прикоснуться ко мне, только давяще смотрел. А я… Что мне было сказать?

Глаза начали влажнеть.