Отбор. Помощница кронпринца

Я не сопротивлялась, не понимая, что происходит, затаив дыхание, боясь, что малейшая капля феромона Его Высочества окончательно что-то сломает во мне.

Сначала кончики пальцев, а потом и вся кожа ладони коснулась его шеи, раскалённой кожи. Я вздрогнула, а он наклонил щеку так, чтобы соприкосновение стало как можно полнее. На миг даже закрыл глаза.

Невозможно. Как он мог быть таким уязвимым в такой момент?

Мы оба делаем тихий, чуть судорожный вдох. Я не в силах справиться с тем, как пылает моё тело, как внутри меня поднимается нечто незнакомое, опасное.

Но были и ощущения, которые я знала слишком хорошо. Болезненные спазмы внизу живота, боль в груди, усиленная в сотни раз неясной агрессией. Неправильные, запретные чувства.

Мои руки — на его крепкой шее. Я могла бы сжать их, вонзить когти... ногти. Добиться крови, скользнуть к груди. Продлить это прикосновение до бесконечности, навсегда.

Взглянула на лицо Каэлиса Арно.

Чувствовал ли он то же самое?

Его глаза, обычно яркие и полные уверенности, казались затуманенными белесой пеленой. Чувственные губы пересохли, тонкие волоски прилипли к вискам и щекам.

— Миолина, вы... — хриплый, надломленный голос. И во мне шевельнулась последняя кроха разума.

Вырвав руку, я бросилась к двери, почти не слыша ничего, ощущая, как тело стало в сотни раз тяжелее.

Мир по бокам расплывался, а кованая ручка оставалась единственным, на чём я могла сфокусироваться. Последний шаг отнял все силы, я потянула ручку…

И без сил прикоснулась лбом к резной деревянной двери.

От осознания.

Дверь была заперта.

Разумеется. Я сама её закрыла. А ключ оставила на крохотном столике, там, где изначально лежал браслет, — чтобы никто не прервал ритуал.

И, чтобы взять ключ, мне нужно будет вернуться назад.

К нему.

Где только найти силы продолжать не дышать, справиться с собой?

Я отступила на шаг — и спиной врезалась в каменную мужскую грудь прямо за собой. Каэлис Арно стоял там — непозволительно близко, преступно близко.

— Я не смогу тебя отпустить, — голос принца казался почти незнакомым, полным агрессии, уничтожающим волю."

"Крупные ладони легли на мои обнажённые, по вааргским традициям, плечи, и я издала жалобный всхлип.

Но это было ничто по сравнению с тем, что я почувствовала, когда Каэлис Арно вонзил зубы в мою шею — прямо в холку.

Разряды молнии пронзили позвоночник, спина выгнулась дугой, и я сделала последний, преступный вдох его запаха.

Мой разум окончательно сорвался.

Всё, что происходило дальше, походило на дурной сон. Запретный, страшный, разрушительный — и слишком сладкий. Казалось, всё стороннее отступило под натиском силы мужчины, прижавшегося ко мне сзади, оставляя меня одну в огне этого мучения.

Однако слабой я не была.