Пляска в степи

Вскрикнув, Рогнеда во второй раз обрушила на Святополка нож, угодив куда-то в спину. Княжич заверещал, словно раненое животное, и Звениславе захотелось зажмуриться и закрыть глаза руками. Но она лишь провела ладонью по лицу, стирая кровь, и продолжила смотреть и слушать.

Святополк умирал долго. И Рогнеде, и Желану пришлось ударить его еще несколько раз, пока он, наконец, не свалился лицом на землю и не затих.

В окутавшей их вечерней тишине долгое время не раздавалось ни звука. Они смотрели на мертвого княжича и друг на друга и не узнавали, словно видели впервые.

Тяжело опустившись рядом с ней на колени, Звенислава, наконец, зарыдала.

Рассвет после прошедшей безумной ночи застал их на берегу. Они забрали детей из оврага, в котором их оставила Звенислава, и все вместе кое-как доковыляли до места, где была привязана лодка. Они не сумели развести костер и потому грелись, завернувшись в теплую одежу, которую дальновидный дядька Крут велел взять им с собой.

За ними больше никто не пришел, за Святополком не последовал никто из его дружины, и это укрепило их робкую надежду, что княжича сумели прогнать из ладожского терема. Потому решили, что поутру попытаются вернуться в городище.

Но незадолго до восхода солнца, когда скорый рассвет уже раскрасил небо в нежные цвета, до них донеслись голоса. По имени звали Нежану и Звениславу, и один из голосов был женским."

"— Это Чеслава! — счастливым шепотом прошептала княгиня.

Вскоре на противоположном берегу, где минувшим днем их настиг Святополк, показался конный отряд. Заметив лодку, они остановились, и нынче лошади нетерпеливо били копытами землю.

— Ярослав! Ярослав! — перебудив прильнувших к ней княжон, Звенислава поднялась на ноги. Завидевшие Будимира мальчишки едва не бросились в реку, и Нежана едва их удержала. Сама она стояла на ногах с трудом. Святополк отбросил ее на землю, и по несчастью она налетела затылком на торчащий из земли камень.

— Батюшка, батюшка! — детвора кричала хором, зовя обоих отцов разом.

Прильнувший спиной к лодке Желан пошевелился и запрокинул голову, силясь разглядеть, что творилось на том берегу. Рогнеда мазнула по нему блеклым, пустым взглядом и осталась сидеть на своем месте. Как же она устала…

Скинув броню, Ярослав и Будимир бросились в ледяную воду почти одновременно. Детвора завизжала от восторга, а Звенислава медленно осела на землю, держась руками за живот. Она думала, что после пережитого ночью, ее сердце разучилось болеть.