Подставная фигура

И зажигалка, и две сигареты остались не поломанными.

Савик вытер лицо и руки снегом, посидел на корточках, отдышался, выкурил сигарету. Капли воды стекали по его разбитому и насупленному лицу. Вот херня! Совершенно Неожиданно он сам оказался в должниках.

Часов в восемь Савик приплелся в дискобар «Миранда». Это «точка» Юры Маза – он сидит за стойкой днями напролет, лакает с дружками немецкое пиво под горячие сосиски, треплется. А когда он бывает нужен Директору, всегда знает, где его искать.

Вот и сегодня бригадир сидел на своем обычном месте, уткнувшись носом в пивной бокал. Савик подошел, стал рядом, всем своим видом выражая уныние от незаслуженной обиды.

– Слышь, Юра, меня жгутовские отбуцкали, деньги отняли... Совсем оборзели!

Маз допил пиво, без интереса скользнул взглядом по его разукрашенной физиономии.

– Какие деньги?

Если бы в таком виде заявился Татарин, Маз вскочил бы, собрал ребят и отправился на разборку. А на обиды Савика ему было плевать. Савик ощутил острый укол уязвленной гордости.

– Сегодня шестьдесят баксов получил с Нинки и Глеба... Маз поморщился. Имен овец он не знал и знать не хотел. Его интересовала только шерсть.

– А Глеб потом... – Савик запнулся, вдруг ясно увидев перед собой остекленевшие глаза ларечника и отвалившуюся челюсть. – Короче, Глеб прижмурил задницу.

– Что-о? – протянул Маз, задирая брови.

– Сдох, что!.. – неожиданно для себя огрызнулся Савик Маз посмотрел на него как на законченного идиота.

– Что ты мне пургу метешь? – медленно произнес он. – При чем тут жгутовские?

– Они потом. Вначале Глеб долг отдал, потом вдруг помер. А потом жгутовские напали. Хмель и еще рыл семь.

Маз отвернулся, постучал по стойке пальцем, увенчанным кольцом-""печаткой"". Рядом появился бармен, поставил перед ним кружку пива. Маз отпил из бокала, спросил:

– Значит, ты этого ларечника замолотил, бабки заныкал, а жгутовские виноваты?

– Жгутовские, – подтвердил Савик. Маз хмыкнул и слез с табурета.

– Идем на воздух.

Они вышли на улицу, под козырек бара.

– В общем, так, братишка, – сказал Маз, закуривая «Честерфилд». – Я помню – на прошлой неделе ты катил бочку на какого-то лоха за то, что платеж задержал. Кричал, грозился. А сегодня приходишь с разукрашенной мордой и разбитыми кулаками и говоришь, что он умер. А зачем ты мне это говоришь?

– Так я с ним водку пил...

Маз жесткой рукой схватил его за отворот старой, выношенной куртки, грубо развернул, припечатал к стене.

– Тебе поручали его мочить? Я, или Директор, или Смольский?

Савик затряс головой.

– Я его пальцем не тронул! Бригадир презрительно усмехнулся.

– Не поручали. Значит, это твоя личная проблема. Отмазывать тебя никто не будет.

– Матерью клянусь, он сам...

– Вот так ментам и расскажешь.