Погашено кровью

Все, на что у него хватило сил, это выронить из рук пистолет и отодвинуть его ногой в сторону. Последняя судорога тряхнула его в тот момент, когда Фил входил в свой офис.

* * *Павел Лосев сидел над шахматной доской и решал задачку.

– Ну как успехи? – спросил он, разглядывая Фила.

– Нормально. – Фил положил на стол справку.

– А где Семен?

– Встретился со мной в метро, передал мне справку и умчался.

Попросил на завтра выходной. С бабой на дачу собрался. Пусть едет.

– Ну а мы?

– А мы встретимся в десять утра на конечной остановке шестьсот двадцать восьмого автобуса. В Свиблово.

– Да, с такими не шутят.

– Надеюсь, все кончится хорошо и больше мы в такое дерьмо не вляпаемся.

Фил пододвинул стул и сделал ход за приятеля.

– Мат, ваша светлость!

* * *Кухонный кран подтекал, и крупные капли с шумом разбивались о раковину. Чижов нервничал и то и дело вскакивал с места и закручивал вентиль.

На минуту течь прекращалась и вновь начинала изводить парня.

– Хватит скакать. А чего ты ожидал, Андрюша? – тихо спросил Белый.

– Все закономерно.

– Все старания насмарку. Саранцев трус.

– Что делать, каждому свое. Саранцев передал исповедь Кузьмова в МВД. Что дальше? Бумаги попали к генералу Боровскому, а тот передал их Ефимову.

Замкнутый круг. Саранцев с самого начала предвидел конец этой истории. Так оно и вышло. Теперь мы знаем, что Боровский прикрывает Ефимова.

– Толку что? Или ты думаешь, мы генералов МВД тоже на нары отправим? Ты до Ефимова добраться не можешь.

– Значит, следует подключать прокуратуру.

– Совсем крыша поехала.

– А для начала мы поговорим с Ефимовым. Кто знает, может, крестный сам подскажет выход.

– Угу. Договорилась овца с волком прийти к нему на обед. Ты теряешь время, Серега. С Ефимовым надо кончать как с последним гадом. Назначь ему стрелку и устраивай поединок, если ты такой чистоплюй.

– Смерть одного или другого – это банально.

– А ты забыл, как ты Глухаря замочил? Это не банально. Ручонки уже в крови. Где твои принципы? Пора уже понять, что ты вернулся не в тот мир, из которого ушел. Восемь лет – это срок. Кроме волков, здесь никого не осталось.

Зубы заострились, шерсть вздыбилась, глаза покраснели.

– Мрачная ты личность, Чиж. Скептик, циник и болтун. – На кухне скрипнула дверь, и появилась рыжая с лохматой головой в длинной до пола ночной рубашке. Прищурив один зеленый глаз, она осмотрелась и заявила:

– На дворе ночь, а вы орете, как на стадионе.

– Вот! – Чиж ухмыльнулся. – Явление следующее. Хорошая у нас собралась компашка.