Позывной «Оборотень»

Хотя, скажу тебе как на духу, иногда очень хочется взять кое-кого из начальства за шиворот и чёткого ответа потребовать. Так, чтоб заикаться начали. Уж очень глупые нам периодически приказы спускают.

– Знаю, – снова скривился особист. – У самого такое желание регулярно возникает. Разжирели мы за мирное время. Салом обросли. В штабе уже сколько лет вместо серьёзных, боевых офицеров всякие друзья и родственники служат, которые нормального солдата только на картинке видели. Вот и получили. Потому и приказы такие приходят.

– Демократия, мать её за ногу, – выругался Иевлев.

– Не то слово. Хотя, говорят, при Советах не лучше было, – усмехнулся Кручинин. – Сейчас дураки, а тогда дураки и идеология.

– Зато в штабе серьёзные офицеры сидели, с боевым опытом.

– Это верно. Одно хорошо. После этой войны у многих погоны с плеч слетели. Верховный не церемонится. Чуть что не так, свободен. Зачистку в армии просто так не провести, вот он и начал за некомпетентность вышибать, а толковых офицеров назначать. А самое главное, что перед назначением мы проверяем. Особенно то, что касается боевого опыта. Но это строго между нами. Так что, глядишь, скоро от всех тыловых крыс избавимся.

– Ну, дай-то бог. Может, и глупости поменьше станет, – вздохнул Иевлев.

– Хочешь сказать, что они и тебя достают? – с интересом спросил особист.

– А кого они не достают? – ответил Иевлев вопросом на вопрос.

– А здесь-то чего им надо? Это же база подготовки спецназа, а не обычная часть, – растерялся Кручинин.

– Скажу честно, у меня сложилось такое впечатление, что они и сами не понимают, куда попали.

– Так. Погоди. Давай-ка по порядку. С фамилиями, званиями и списком претензий, – потребовал особист, в котором разом взыграли охотничьи инстинкты.

– Список можно будет на КП получить, а претензии, такое впечатление, что они и сами не понимали, зачем приехали и чего хотели. Так, что называется, для галочки. Провёл инспекторскую проверку.

– Очень интересно. В военное время они инспекторские проверки проводят. Совсем нюх потеряли, твари, – зашипел Кручинин.

– Я иногда думаю, может, это только у нас война? А у них там, в штабе, всё как раньше? – усмехнулся Иевлев.

– Расслабься, Иван Палыч. Я же говорю, чистят там потихоньку. Глядишь, ещё годик, и совсем хорошо станет.

Полковники замолчали, обдумывая всё сказанное. В повисшей тишине резко затрещал телефон, и Иевлев, чуть вздрогнув, настороженно покосился на работающую технику. Потом, вздохнув, он медленно, словно нехотя снял трубку и, поднеся её к уху, коротко ответил:

– Полковник Иевлев, слушаю.

Выслушав ответ, он протянул трубку Кручинину, быстро сказав:

– Вас. Похоже, что-то случилось.

– Кручинин у аппарата, – скороговоркой произнёс особист, быстрым движением схватив трубку.