Хризантема с шипами

 – За которую мы все заплатим дорогую цену. По графству разгуливает гверх. Если его не остановить, произойдет непоправимое.

– Ну вот, о чем я и говорил, – скривился Блэк, отчего его лицо пошло некрасивыми складками. – Снова эти сказки. Гверхов не существует, граф.

– Боюсь, когда вы убедитесь в обратном, будет уже слишком поздно.

Редклиф пристально посмотрел на Блэка, коснулся губами моего виска и тихо прошептал: – «Ничего не бойся». А потом мягко отодвинул меня в сторону, вскинул руку в активирующем жесте, но не успел произнести заклинание. Альберт был начеку. Он подкинул в воздух горсть какого-то порошка, и Редклиф как-то странно дернулся и застыл.

– Даже не думайте, Бенси, – с мерзкой усмешкой заявил Блэк. – Вы не выйдете из замка. Монт, – он посмотрел на моего бывшего. – Наручники.

Берти с готовностью достал из кармана железные ограничители и защелкнул их на запястьях Редклифа.

– Что вы делаете?

Я с яростью посмотрела на бывшего мужа, но тот только сжал желваки и отвернулся.

– Вот так, – довольно заявил Блэк и перевел взгляд на меня. – Что ж, нам пора, миледи. Присмотрите за супругом. А мы скоро вернемся с помощью. Обещаю, графа обязательно вылечат.

Он кивнул своим подручным, а я обнимала мужа, не понимая, почему он такой неподвижный, словно неживой. И взгляд будто остекленевший. Что это за магия такая?

– Что вы с ним сделали? – крикнула уходящему Блэку.

– Не волнуйтесь, миледи, граф скоро придет в себя. А там и доктора подоспеют.

Дверь за дознавателями захлопнулась, оставляя нас с мужем в тишине кабинета.

– Редклиф!

Я попыталась дозваться графа, но тот не реагировал. Неподвижное лицо, безжизненный взгляд, застывшая фигура – не человек, а каменная статуя.

– Редклиф, очнись!

Душу затопило отчаянием и страхом. Я не понимала, что произошло, и старалась найти хоть какое-то решение, но сосредоточиться не получалось.

– Подожди, я что-нибудь придумаю, – прошептала мужу и подошла к стене, приложив к ней ладонь.

– Уго! – громко обратилась к духу замка.

– Да слышу я, не кричи, – проворчал тот. – Мешаешь думать.

– Уго, что за дрянь они использовали?

– Порошок Эрвеля. Обездвиживает мага на сутки, а то и больше. Не знаю, как сейчас, но до войны это средство считалось запрещенным. И редким. Не думал, что кто-то в Эрилии о нем помнит, а вот, гляди ж ты!

Дух сокрушенно вздохнул.

– А почему тогда я могу двигаться? Да и эти…"

"– Заклинание направленного действия, – пояснил Уго. – Заранее подготовились, все рассчитали. Беда в том, что чем могущественнее маг, тем сильнее на него действует порошок. За счет его собственной магии. Так что граф не скоро в себя придет.

– Должен же быть какой-то способ вытащить его из этой летаргии?

Я с отчаянием смотрела на мужа.

– Нужно подумать, – протянул Уго и замолчал.