Хризантема с шипами

– Ваше сиятельство, что-то случилось? – послышался откуда-то сбоку, со стороны караулки, голос Бренсона, следом что-то спросил Блэк, но Редклиф даже не повернулся. Он только сильнее пришпорил коня и вылетел на дорогу.

Мимо промелькнули широкие улицы Уинтшира, под копытами загремел камнями северный тракт, а Редклиф несся вперед, не замечая ничего и никого вокруг.

Быстрее. Еще быстрее. Верный дышал с надрывом, но не сбавлял ход, стрелой проносясь мимо полей и холмов, оставляя в стороне города и деревни, пока вдали не показался указатель на Солтбери.

На полном ходу Редклиф свернул к сгрудившимся между пригорками домам, миновал их и устремился дальше, к черному пепелищу, оставшемуся на месте Дубового особняка. Когда-то этот дом принадлежал жене деда, и тот спалил его после вероломного бегства жены. Потом, правда, пожалел, но было уже поздно.

– Милорд, там не проехать, лучше через подлесок, – крикнул Саймон.

Ближайший слуга и соратник по-прежнему держался рядом. Как и всегда, слишком хорошо чувствовал, что у него на душе, и ненавязчиво пытался помочь.

Редклиф чуть сжал бока Верного, одним махом перескочил наполненный водой ров. Впереди показались обломки каменных плит и печная труба, зловещим перстом вспарывающая низкое небо. Молодая поросль, разросшаяся на месте выгоревших дубов, закрывала обзор, но Редклифу показалось, что он видит женский силуэт. Сердце загрохотало в груди оборвавшимся колоколом, по спине побежал пот. Редклиф с силой сжал поводья, до боли вглядываясь в просвет между деревьями. Но дорога, сделав поворот, скрыла от него стоящую у груды камней женщину, и он отчаянно рванул вперед. Ему нужно было увидеть. Понять. Убедиться!

Он спрыгнул на землю, кинулся к полуразрушенным ступеням, взлетел по ним и замер, словно наткнувшись на невидимую стену.

– Ну же, давай, – не видя его, говорила Александра. Ее голос звучал ласково, как будто она уговаривала напуганного ребенка, а маленькая ладонь поглаживала камни так нежно, словно касалась чего-то невесомого и хрупкого. – Не бойся. Я тебе помогу, – шептала жена, и Редклиф, как бы ему ни хотелось сделать последний шаг и сгрести Алекс в охапку, заставил себя остаться на месте. Только смотрел, не отрываясь, на Сэнди, слушал ее разговор с духом, и чувствовал, как разжимаются липкие лапы страха, как исчезает противная дрожь, как отпускает напряжение, и как радостно забилось сердце. Жива! Каким-то невероятным чудом Алекс осталась жива!"

"– Ну? Постарайся, – не замечая ничего вокруг, шептала жена, и он видел, как от камня к ее рукам перетекает серебристый комок. – Вот так, – сжимая его в ладони, успокаивающе пробормотала Александра. – Я отвезу тебя в Горленд, и там ты сможешь набраться сил и вернуть потерянную форму.