Пристойное поведение

Робею еще сильнее, замечая ее слегка поджатые в недовольстве губы, а улыбка, которой она меня одаривает — более чем натянутая.

Тем не менее, Мария Петровна находит в себе силы предельно вежливо поздороваться и заверить, что она безумно рада долгожданному знакомству. Хотя ни на секунду я не сомневаюсь, что она лжет.

Около двадцати минут мы обсуждаем сериал, за который получил награду Егор. Оказывается, о работе сына Мария Петровна может говорить бесконечно долго. Она даже раскрывает пару секретов: какие ситуации в каких сериях Егор позаимствовал из реальной жизни. Я смотрю ей в глаза и понимаю, на кого, оказывается, похож Математик. У него ее глаза — умные и внимательные. Совсем не злые. Именно благодаря глазам хочется довериться этим людям, несмотря на холодный общий образ Озерской и развязный-разгульный — ее сына. Она гордится своим ребенком, и постепенно я начинаю чувствовать себя как на экзамене.

Понятия не имею, как себя вести, чтобы понравиться. Да и вообще эта спонтанная встреча была не слишком хорошей идеей. Просто, проснувшись сегодня утром, я вдруг испугалась, что из-за неприязни к родному отцу собственными руками оттолкну от себя Егора. Я не могла бездействовать.

Решаю быть честной.

— Извините за эту внезапную встречу. Вернее за то, что так долго не могла на нее решиться. Я очень хотела с вами познакомиться, но до смерти боялась вам… не понравиться. В сравнении с… Ксюшей, — с которой вы дружите не смотря ни на что. — Мне хотелось сделать все правильно. Я думала, что Егор быстро разведется, и все получится хорошо. Но развод затянулся, мы начали ссориться. А этой ночью он вообще не ночевал дома, и я в панике… где он может быть.

По ее бровям, на мгновение взметнувшимся вверх, я понимаю, что он провел ночь не у родителей. В груди образовывается дыра, мне становится холодно, а в следующее мгновение — жарко. Зачем-то я снова извиняюсь и мечтаю оказаться где угодно, только не здесь перед этой женщиной. Он поехал не к родителям. Его маме не нравится, что из-за меня ее сын ночует непонятно где.

Мария Петровна промокнула губы салфеткой и нахмурилась.

— Вероника, дорогая моя девочка, тебе абсолютно точно не стоит переживать из-за того, что кто-то начнет сравнивать тебя с Ксюшей. Я, конечно, люблю эту дуреху как родную, она выросла на моих глазах. Несколько раз с серьезными проблемами обращалась именно ко мне, а не к родной матери… Я прекрасно понимаю, на что она способна, хотя интрига с отцовством Платона — перебор даже для нее. До сих пор не понимаю, зачем они с Егором так сделали… Впрочем, сейчас это не важно. Вероника, подумай сама, Ксенька — не первая и не последняя любовь в жизни моего сына. Мне, по-твоему, больше делать нечего, кроме как сравнивать между собой его женщин?

Чувствую, как густо краснею.