Приват для незнакомца

Эмоции захлестывали девушку, а то, что творил с ее телом Алекс, поражало и удивляло, заставляя ее капитулировать. Он ласково сжимал налитую грудь, ловко найдя сосок и тотчас принявшись с ним играть через плотную ткань ночной сорочки. Сорочка была на шнуровке, та за время сна ослабла, и, если потянуть за одну веревочку, она с легкостью поддастся.

Тесьма пока не интересовала Алекса, его больше занимал сам сосок, который от его опытных ласк превратился в острый камушек и позволял проделывать с собой многие нехитрые манипуляции, от которых Сесилию бросило в жар. Продолжая с неопытностью познающей отвечать на поцелуй, сама Сесилии заскользила рукой по спине Алекса. Немного разведя пальцы, она старалась как можно больше «охватить» мужчину.

Ей это требовалось.

В какой-то момент Алекс оторвался от ее губ, сорвав с них жалобный, протестующий стон. Но лишь для того, чтобы глазами с поволокой осмотреть ее. Впиться взглядом в припухшие от его жадных ласк губы, спуститься ниже. Задержаться в области выреза сорочки. И обратить внимание на шнуровку.

Гипнотизируя Сесилию, не разрывая с ней зрительного контакта, он, удерживая вес собственного тела на одном локте, второй рукой все же добрался до тесьмы и потянул…

Шнуровка с легкостью поддалась.

Сесилия задержала дыхание.

Что будет дальше?

Мужские пальцы осторожно коснулись ее ключицы, заскользили к центру. Уверенно раздвинули края сорочки, открывая доступ к округлым полушариям.

– Ты прекрасна, Сесилия.

Хриплый голос Алекса прозвучал замысловато-сладкой музыкой для ушей Сесилии.

Девушка лежала без движения, позволяя себя рассматривать.

Она уже все решила.

Сесилия физически ощущала, как Алекс ей любуется. И это добавляло жара в ее вспыхнувшее пламя страсти. Между ног стало непривычно мокро. Ложась спать, девушка не то от усталости, не то по привычке, забыла про панталоны. Сейчас бы они намокли и доставляли ей дискомфорт. Она инстинктивно свела ноги вместе, чуть согнув их в коленях, чтобы уменьшить жар между бедер. Тело начало жить другой жизнью.

Глаза Алекса потемнели, из серых превратились фактически в черные, или ей так казалось? Да какая разница!

Тяжесть Алекса была приятна, и Сесилия снова погладила мужчину по спине, сорвав с его губ приглушенный стон. Получается, Бардок не так спокоен и уравновешен? Где-то глубоко внутри Сесилии появилось легкое удовлетворение. Ей хотелось, чтобы Алекс реагировал на нее остро, томно.

Откуда появилось подобное желание?

Сесилия не знала и знать не желала.

– Алекс.

Его рука полностью сдвинула ткань и обнажила грудь. Холодный воздух коснулся голой кожи, заставив сосок еще сильнее съежиться.

– Я не могу этого не сделать, – глухо сказал Алекс.