Пропала, или Как влюбить в себя жену (СИ)

Только это все надо произнести вслух, Соня. Вслух.

- А тебе самому приятно, что моя сестра сегодня говорила? Самому не хочется выставить ее за дверь?

- А что она говорила? Еду готовила не ты, брата ты своего любишь с детства… Или она не права? - долго смотрю на Бестужева. И не знаю, что сказать. Не могу. Просто не получается сказать вслух, что я хочу, чтобы он ночевал в комнате не из-за Даши. Еще сложнее сказать, что я боюсь, что он обратит на нее свое внимание. Почему? Ну почему это так сложно?

- Спокойной ночи, Глеб, - как можно спокойнее проговариваю я, после небольшой паузы и отъезжаю от дивана.

И только у самой двери Бестужев произносит тихое, но очень уверенное:

- Пока не скажешь вслух сама то, что хочешь, я ничего не буду делать, Соня.

Ничего не отвечаю. Молча закрываю за собой дверь и еду к лифту. И только, когда добралась до спальни поняла, что моя жизнь в очередной раз подкинула мне сюрприз в виде небольшого, но очень четкого осознания. Я спокойно реагирую на звонки Сережи, не думаю о нем двадцать четыре часа в сутки. Нет, не так. Я вообще о нем не думаю. Ни разу не подумала и не представила его девушку рядом с ним.

И совершенно никак не восприняла Дашину новость о том, что Сережа живет с ней вместе. На меня это никак не повлияло. Я не думала о них. Раньше это было так естественно. Я только и делала, что думала о его девушках, начиная лет с тринадцати. Сейчас же девушек, женщин, помощниц, сестру я представляю, разве что… с Бестужевым. Ужасно даже думать об этом, но это, блин, самая что ни на есть ревность. И мысли. Мысли все о нем. Как? Когда все пошло по другому сценарию? Как так, Господи? Как я могла влюбиться в Глеба?

- Ну, просто полный пипец.

Маша, я пропала…

Глава 29

- Я вообще не понимаю, почему ты до сих пор не отправила ее домой? - мобильник буквально взрывается от Вариного возмущения."

"Кажется, я впервые за все время нашего знакомства чувствую ее злость даже на приличном расстоянии. Хуже всего, что ответить мне по факту нечего. Не сказать же вслух, что я размазня, которая разомлела от папиного звонка. А ведь, правда, разомлела. Нет, не от самого звонка, он, как ни странно, временами позванивает, а от того, что уж очень по-доброму папа интересовался не только мною, но и тем, как мы проводим время с Дашей.

Его «надеюсь не ссоритесь» – как обухом по голове. Папа, да еще и надеется. Скажи я ему, что хочу, чтобы она убралась из моего дома – это было бы равносильно краху. Умом понимаю, что это все иллюзия семьи, что папе на самом деле плевать на меня, но где-то там маленькая девочка внутри меня пляшет ламбаду от папиного внимания. Дико хотелось бы убить в себе эту маленькую бестолочь. Но не получается. Равно как и выгнать Дашу.

- Сонь, ты там жива?

- Жива, - киваю в ответ, проводя пальцами по стеклу.