Пропала, или Как влюбить в себя жену (СИ)

А что, если он вообще сейчас лежит в номере без сознания. От того и не поднимает трубку. Вырубился ночью и так и не проснулся… а что я тогда буду делать?"

"- София. Все, давай закончим. Это бессмысленно. Ты все равно не здесь. Будем считать, что у тебя сегодня вынужденный выходной.

- Нет, не надо. Мне все равно нечем заняться.

- Как это нечем? Ты же собиралась сегодня на открытие вашего с мужем отеля.

- Передумала. Как видите ни мужа, ни отеля у меня нет.

- В любом случае на сегодня все. Кстати, можешь выдохнуть, твой муж уже дома. Десять минут назад он был здесь. Так что расслабься.

- Здесь? С ним все нормально?!

- Выглядит прекрасно, но с легкой ноткой перегара.

- Ясно. Тогда, пожалуй, нам и вправду надо закончить заниматься, - еле дыша, произношу я, пересаживаясь в кресло.

Приводила я свое дыхание и нервы в порядок – минут пять. А потом поняла, что это гиблое дело. Все равно ничего хорошего от меня сейчас не дождешься. Леди во мне сдохла.

Я всякое ожидала, но точно не то, что в гостиной увижу не только Глеба, сидящего на диване, но и рядом стоящую корзину белых пионов и… крокембуш.

- Привет, - первым нарушает затянувшееся молчание Бестужев.

Вот не скажешь, глядя на эту улыбающуюся, выспавшуюся морду, что этого человека я вчера треснула вазой по затылку.

- Тебе хорошо спалось, Глеб?

- На удивление, хорошо.

- А самочувствие хорошее?

- Вполне. А как тебя увидел – стало еще лучше.

- А вот мне нехорошо, - подъезжаю прямиком к дивану, специально задевая его ноги. - А с головой у тебя все хорошо?

- По ощущениям вполне.

- По ощущениям…, - повторяю как заведенная, смотря на крокембуш.

- Я хотел извиниться за вчерашнее. Понимаю, что слова мало что значат, но я к тебе вообще больше не притронусь.

Только если ты сама этого захочешь. Я могу ночевать в другой спальне, если тебе неприятно со мной спать. Только не надо больше спать на диване. Хорошо?

- Нет. Нехорошо.

Я не задумываюсь о том, что делаю. Это происходит быстро и легко. Всего одно движение и я хватаю верхушку крокембуша. А затем, так же не раздумывая, размазываю профитроли по Бестужевской морде.

- Я тебя ненавижу. В то время как я думала, что ты валяешься в лесу или в озере с пробитой башкой, ты бухаешь у себя в отеле. Урод! - еще сильнее размазываю пирожные по его невозмутимой морде.

- Двадцать четыре звонка. Двадцать четыре! - повторяю я, тыча ему в грудь грязной рукой.

- Прости, Сонь, - усмехаясь, произносит Бестужев, вытирая с губ крем. - Я оставил свой мобильник в машине. При мне был только запасной. Я не думал, что ты могла мне позвонить после того, что было, - вполне серьезно произнес Глеб, вытирая рукавом рубашки оставшийся с лица крем.

- У тебя всегда на все есть разъяснения и ответы, да? А вот у меня нет. И сейчас меня очень просто выставить истеричкой.