Путь магии и сердца

Сокурсница не просто умыться зашла — она душ принимала. Собственно, из душевой и вышла.

— Привет, — пискнула я.

Бонара одарила пристальным, но крайне весёлым взглядом.

— Кабинки во-он там, — сказала, указав рукой.

— Знаю… — А как не знать, если их общежитие точь-в-точь как наше?

Кошкой прошмыгнула мимо сокурсницы, уже у кабинок столкнулась с ещё одной защитницей, но с пятого. Та тоже удивилась моему явлению и тоже обрадовалась.

В общем, день обещал быть приятным…

— Любимая, ты долго этот салат мучить будешь? — спросил Кирстен шёпотом и носом о моё ушко потёрся.

Я закусила губу, но смешок сдержать не смогла.

Во-первых, щекотно. Во-вторых, безумно приятно, что он рядом. В-третьих, когда сидишь в обнимку с парнем за самым дальним столиком, а все окружающие косятся и думают, будто эти нежности — последствия бурной ночи, не веселиться трудно.

— Мелкая… — в голосе Кира смешалось всё — смех, нетерпение, нежность.

Но когда повернулась, пробежалась пальчиками по колючей щетине и придвинулась, чтобы поцеловать, протесты прекратились.

— Эмелис?

Я захватила его губы в плен на полминуты, не больше…

— Мелкая, это нечестно, — выдохнул Кир.

Что именно «нечестно», уточнять не стала, просто вернулась к еде.

Сам боевик тарелки уже подчистил. Каким-то невероятным образом он успевал всё: и обниматься, и зарываться носом в мои волосы, и щекотать дыханием ушко, и шутить, и есть! А я так не умею. Мне, чтобы позавтракать, сосредоточиться нужно.

— Любимая, ты невыносима, — продолжал вещать синеглазый. — Раздразнила, а сама…

— Любимый, из нас двоих только у тебя совести нет.

— Это ещё почему? — возмутился боевик.

— Не знаю, — ответила я. — Но чувствую!

Брюнет усмехнулся, попытался притянуть ближе.

Хотя ближе уже некуда, только если на колени пересадить.

— Кир… — Я кокетливо повела плечиком, отодвинулась на миллиметр.

Тут же схлопотала нежный поцелуй в шею. Потом ещё один. Третий…

Я не спорила, искренне наслаждаясь и прикосновениями, и новой стадией наших с Кирстеном отношений. Ну и что, что любовь понарошку? Ведь об этом никто, кроме нас, не знает. Зато теперь мне можно ходить к синеглазому в гости, и… чувство одиночества отступило.

Минувшая ночь доказала — боевик не бросит. Интересно, смогу ли хоть когда-нибудь отплатить ему за добро?

Когда с салатом было покончено, Кир придвинул тарелку с блинчиками.

Есть уже не мешал, но внимательно следил, чтобы не халтурила и доела до конца. Чай тоже под его присмотром пила, в перерывах ловила лёгкие, ненавязчивые поцелуи.

А на выходе из столовой услышала закономерное, но всё-таки неожиданное:

— Какие планы на эти два дня?

— Лабораторная по физану и… — Я на миг задумалась, пытаясь вспомнить, что там ещё, и несколько удивилась, сообразив — других планов нет. — И всё.