Сделка с врагом. Ответ на измену

А ты еще и подписание договора о передаче тебе прав на коллекцию автомобилей откладываешь.

— Хочешь от меня поскорее отделаться? — прищуривается, чуть подаваясь вперед.

Замираю.

Отделаться?

— Нет! Нет! я... - шумно выдыхаю, потирая переносицу. — Боюсь, я с тобой за целую жизнь не рассчитаюсь. Столько раз уже помог и снова продолжаешь помогать... а теперь еще ремонт в квартире оплачиваешь.

— Потому что там погром, Арина. Жить в руинах невозможно.

Киваю и в расстройстве прикусываю губу.

Да, в первый момент, когда вошла в бывшую дядину квартиру, ужаснулась.

Разломанная мебель, оборванные с мясом карнизы, раскиданные по полу вещи содранные со стен обои и всюду грязь, словно стадо бизонов топталось.

Господи, они даже бачок от унитаза умудрились расколоть. Наверное, наркотики и там для вида искали.

Одним словом, хаос. Полнейший.

Мое желание съехать от Арбатова и создать между нами дистанцию потерпело полное фиаско пять дней назад. А он как будто даже не расстроился. И вместо косметического ремонта затеял какой-то грандиозный.

Несколько раз нервно дергаю за кончик косы и качаю головой.

— Руслан, пойми, я не могу постоянно жить у тебя и мешаться. Это неправильно. Ты взрослый мужчина, у которого есть потребности и желания... — заминаюсь, разглядывая руки, — в общем, мне кажется, что будет лучше, если я перееду в гостиницу и не буду тебя ограничивать.

Озвучив гениальную в своем понимании идею, вскидываю взгляд и замираю.

— Арин, вот уж не думал, что в твоей красивой голове звездец, какие большие тараканы, — Арбатов подается вперед. Четко ощущаю, как он злится. — Считаешь, что я — похотливый кобель и не смогу держать себя в руках еще девять дней? А может, в себе сомневаешься?

— Я.

— Договаривай.

— Руслан.

— Что Руслан? Закину на плечо, унесу в пещеру и присвою... много раз? —усмехается.

— А если так?

Мамочки, вот это откровения. И почему мне кажется, что его шутки — это не шутки?

— Не если.

только пройдут эти самые девять дней, меня ничто не остановит. Так что готовься, моя хорошая, никуда от меня не денешься.

— Звучит, как угроза, — но вместо того, чтобы продолжать заикаться, усмехаюсь. —Господи, какой же ты:

— Пошлый? — подсказывает, почесывая языком клык.

— Прямолинейный.

— А разве я тебе не за это нравлюсь?

И за это тоже, но отвечать не тороплюсь. Вглядываюсь в темные самодовольные глаза и интересуюсь.