Шестое правило дворянина

Слишком много пышных речей и пафоса, но мало практической пользы.

Разумеется, орден Восходящего Солнца третьей степени, которым нас всех торжественно наградили за практическую пользу, я не считаю. Было приятно, но не более того.

Вообще, должен сказать, что самураи сильно отличались от дикарей из Британской империи. Если бы я не знал, что между нами и японцами имеется конфликт, а Николай Александрович Романов всерьез опасается начала войны между нашими империями, то сам бы никогда не предположил ничего подобного.

Во всяком случае японцы относились к нам так, что мы не замечали этого и проявляли исключительное уважение.

К тому же нас постоянно благодарили, будто мы не приглашенные гости из не самого дружественного государства, а местные герои, о которых знает каждый ребенок. Чего стоит торжественная встреча нашей делегации в гостях у префекта Кагосимы, на которой было сказано много приятных слов в наш адрес.

Ну а на третий день нас наконец вновь отвезли в Ибусуки, где мы смогли отдохнуть в нормальном понятии этого слова.

В наше распоряжение вновь выделили тот самый гостевой дом в уютном парке и передали на попечение Харуко.

Лишь после этого все вновь встало на свои места. Подчеркнутая вежливость, внимательный взгляд японки, которая ловила каждое наше слово… В общем, наступила привычная жизнь, где за нами шпионили как за врагами.

Единственное, что нас очень радовало — это горячий черный песок и теплые воды Тихого океана, которые тоже никуда не делись за время нашего отсутствия. Поэтому мы полностью отдались отдыху — купались, отдыхали в горячем песке, сытно кушали, да и вообще проводили время в свое удовольствие.

Но все хорошо в меру. К вечеру второго дня, проведенном в курортном Ибусуки, нас потянуло домой. Так что новость о том, что Подарина поправилась настолько, что готова к более-менее спокойному перелету в Великое Москвоское княжество, пришлась как нельзя кстати.

На следующий день нас отвезли в аэропорт и организовали вылет на выделенном под нас спецборте.

Провожали нас без особых почестей, что приятно порадовало — пафоса нам уже хватило с головой, так что если бы и в аэропорту случилось какое-нибудь протокольное торжество, это уже было бы слишком.

Огасавара поблагодарил нас за оказанную его империи помощь, выразил надежду, что нам все понравилось, а затем оставил нас в покое.

После того, как мы оказались в самолете, настроение у всех заметно улучшилось. Все-таки каким бы ни был прием, а возвращаться домой всегда приятно. Тем более, что мы возвращались с чувством выполненного долга и этот факт улучшал наше настроение еще сильнее.