Шестое правило дворянина

Его рекомендовали как одного из лучших наемных убийц в империи, который не то что Соколова, при желании и самого Николая Александровича Романова на тот свет отправить может. Последнее, конечно, было явным преувеличением, но сути дела это не меняло — поговорить с Птицей ему посоветовали люди, мнению которых он доверял.

Например, тот же Сурмин, потом еще один известный промышленник из Великого Московского княжества, который легко решил таким образом несколько своих вопросов… Да и чем он рисковал, если ничего не получится? Разве что придется подыскать кого-то другого, но это уже рабочие моменты.

А Глухарев ему понравился. Наглый, уверенный в своих силах, чувствовалось, что ему вполне по силам справиться с его проблемой.

— Честно говоря, мне плевать, что вы там не поделили, — сказал Птица после того, как Мельников закончил свой короткий рассказ. — Но не могу сказать, что с радостью готов принять заказ.

— Что так? — насторожился граф и провел рукой по воде. — Я думал, что вы профессионал…

— При чем здесь это?

— Мне говорили, что вы любите свою, скажем так, работу.

— Работу я люблю, — усмехнулся Глухарев.

 — Но не люблю связываться с дворянами. Мне больше по вкусу купцы, промышленники и прочие бобры. А с дворянами вечно какие-то хлопоты… Все у них непросто. Потом выясняют, ищут… Приходится уезжать из Москвы в неведомые дали и отсиживаться там по несколько месяцев, а время — деньги.

— Если я готов за это хорошо заплатить, то какая вам разница? Можете считать, что уехали в отпуск.

— Да и Соколов этот ваш… Я ведь знал о ком пойдет речь, так что успел навести кое-какие справки перед нашей встречей, — Птица опустил голову под воду, провел там несколько секунд и вынырнул обратно.

 — Он ведь не самая маленькая птичка среди дворян. Даром что виконт… Неприятностей может доставить как целый маркиз, а то и герцог.

— Боитесь?

— Ничего и никого не боятся только дураки, — усмехнулся Арсений. — Но дело не в этом.

— Значит себе цену набиваете? — понимающе покачал головой Мельников.

— Вот это уже ближе к делу. Но не себе, а стоимости вопроса, — ответил Птица. — Оно ведь как — каждый заказ свою цену имеет. Бывают не очень дорогие, а иногда попадаются такие, за которые не грех и побольше попросить.

— Ну так просите для начала, а там видно будет.

— Скажите, ваше сиятельство, вы готовы заплатить четверть миллиона? — спросил Глухарев и вновь ушел под воду.

Неплохие аппетиты у этого парня, нечего сказать! Двести пятьдесят тысяч — большие деньги. Можно даже сказать просто огромные. Сумма эта у Мельникова была. Не то чтобы он мог запросто снять ее со своего счета, но если хорошенько поискать и вытащить немного из оборота, то он найдет эти деньги.