Сидни Шелдон: Ангел тьмы

Клер приехала в Сан-Висенте на новом «мерседесе»-кабриолете, подарке Мэтта на день рождения, упиваясь синевой небес и солнечным сиянием, наслаждаясь видом цветущих акаций, которые обрамляли широкую дорогу. Даже природа, казалось праздновала вместе с ней, взрываясь бурей цветов, запахов и радости в честь радостных событий в жизни брата.

Все это было не похоже на тот ужасный день в октябре прошлого года. Она помнила его так, словно это было вчера. Мэтт позвонил ей из придорожного кафе на трассе «Аи-5», рыдая в трубку, почти не в силах говорить, даже сказать, где находится.

Нервный срыв был катастрофическим. Клер повезла его в Уайлдвуд, в реабилитационный центр в Толаса-Лейк, где подписала бумаги в качестве ближайшей родственницы. Когда она уезжала, Мэтт едва помнил свое имя."

"Но, к счастью, этот срыв оказался скорее полезен для него. Уже через десять дней он смог принимать посетителей. Всего через восемь недель депрессия, пожиравшая Мэтта более пяти лет, с того дня как София Баста одурманила его и оставила в номере гонконгского отеля, отступила. Клер заплакала, впервые услышав его смех. И он смеялся не одними только губами, но и глазами, всем своим существом — как в старые добрые времена.

Он набрал так необходимые ему двадцать фунтов, стал регулярно заниматься гимнастикой и даже поговаривать о будущем. И что всего важнее, перестал говорить о Лайзе-Софии, Эндрю Джейксе и обо всем, связанном с убийствами Азраила. Произошло чудо.

А впереди ждали новые чудеса.

В реабилитационном центре Мэтт встретил женщину по имени Касси — разведенную, лечившуюся от алкоголизма. Оба сразу потянулись друг к другу, и, несмотря на все опасения Клер, они с мужем при встрече нашли Касси именно такой, как описывал ее Мэтт, милой и веселой.

На прошлой неделе, после быстрого, но на удивление счастливого, без малейших намеков на драму романа, слишком нежного, чтобы быть страстным, Мэтт и Касси объявили о помолвке.

— Привет, сестренка. Прости за опоздание.

Пробираясь между столиками, одетый в шорты цвета хаки и голубую футболку с логотипом Калифорнийского университета, Мэтт казался воплощением здоровья и счастья.

— Привет! — просияла Клер. — Касси не с тобой?

— Только что отвез ее на пилатес.

А что, я недостаточно хорош для тебя?

— Сойдешь. — Клер, широко улыбаясь, положила на стол маленький сверток в золотой бумаге.

— Это мне? — приподнял брови Мэтт.

— Разве я не могу делать подарки? Это в честь вашей помолвки. Но не слишком волнуйся, там нет ничего особенного.

Мэтт развернул сверток. Внутри оказались простые, но элегантные антикварные мужские часы на потертом кожаном ремешке в корпусе из розового золота. На задней крышке были выгравированы переплетенные инициалы «М» и «К» и дата помолвки.