Сиротка для дракона. Боевой факультет

 – Зенки свои бесстыжие на ее задницу вылупил, судья нашелся!

Я залилась краской. Кто-то хихикнул.

– А девка наверняка гулящая, в штанах-то. Поди, у мужика какого сумку стащила.

– Да чтоб твоей дочке такой гулящей быть, как я! – огрызнулась я, выискивая взглядом в толпе наглую бабенку.

Может, она и хотела что-то ответить, но снова заговорил парень с амулетом:

– Граф Сандью, – при этом имени стражник икнул и подобрал живот, – часто жалуется, что многие стражники обделены умом и честью. Уверен, вы не из таких и сейчас разберетесь по справедливости.

Значит, из благородных.

Стражник, кажется, тоже это понял, скуксился так, словно лягушку живьем сожрал. Красавчик тем временем ловко расстегнул пряжку на сумке, сунувшись внутрь. Прежде чем я успела возмутиться, спросил, в упор уставившись на воришку:

– Твоя, говоришь? И что там внутри?

– Ну… вещички всякие. Одежда…

– Бельишко? – подсказал ему красавчик.

– Ну да.

– Бельишко, говоришь? – усмехнулся он, вытаскивая на свет божий сорочку.

У меня загорелись щеки. Честное слово, лучше бы он панталонами моими прилюдно тряс, чем этим! И без того полупрозрачный батист покрывала ажурная вышивка, так что сорочка эта выглядела не тем, что носят под платьем, а тем, что надевают, чтобы тут же снять.

Не в одиночестве.

Прибью Лидию, как увижу! Руки у нее золотые и душа добрая, а вот с мозгами не очень."

"«Я специально для тебя вышивала, – сказала она, вручая мне эту сорочку пару дней назад. – В университете наверняка будет много парней знатных и богатых. Наденешь на свидание под форму, чтобы, когда он тебя расстегнет…»

«Какое „расстегнет“, я не за тем туда собираюсь!» – возмутилась я тогда, но подруга лишь загадочно улыбнулась.

Я не стала спрашивать, где она успела этого нахвататься, – в отличие от меня, Лидия жила на улице лет до восьми.

От этой речи да и от подарка я схватилась за голову. Парней-то в университете, тем более на боевом факультете, может, и полно, и большинство из них богатые и знатные. Одна незадача: я бедна, как храмовая мышь, и о родителях своих ничего не знаю. А значит, богатым и знатным могу понадобиться только в одном качестве – брать то, что от девушек из хороших семей до свадьбы не получат.

Вот только меня такая роль совершенно не устраивает.

Потому ни о каких свиданиях я и думать не собиралась, и уж, конечно, никаких «расстегнет». Но не принять подарок, на который подруга потратила столько времени и сил, я не могла. И вот – надо же, из всего барахла красавчик выцепил именно это кружевное безобразие.

– Симпатичное бельишко, – продолжал он. – Наверное, тебе пойдет.

Воришка выругался. В толпе заржали.

– Отдай! – Я вцепилась в свою вещь, но тип с амулетом держал крепко.

Жалобно затрещала ткань. Ну и туда ей и дорога, все равно я ни за что ее не надену.