Скелеты в тумане

А теперь и рек этих уже нет…

– Кончились? – выдохнул Алешка.

– А как же, – сказал Акимыч. – Лесом их гнилым завалили, они и выдохлись.

Алешка завял. Этот разговор его сильно расстроил. Ему так здесь нравилось, а, оказывается, вся эта природа под угрозой полного истребления.

– Я больше звезды собирать не буду, – тихо сказал он, – я их буду обратно в море выбрасывать, пусть живут. У меня десять штук есть, и хватит.

После завтрака Акимыч собрался домой. Папа проводил его до лодки и о чем-то с ним пошептался. Дед потряс бородой в ответ: «А как же?»

Когда он уплыл, папа сказал:

– Бродяги мы или нет? Долго мы будем сидеть на одном месте? Не наскучило?

Я-то сразу понял, что он хотел. Он хотел сменить место нашей дислокации. Чтобы снова затерялся наш след.

– Точно! – завизжал Алешка. – Поплыли на необитаемые острова! Где руины!

– Где руины – не поплыву, – сказала мама. – Я змей боюсь.

Папа подмигнул Алешке, и тот успокоился. Понял, что его любимых змей везде полно. И без руин.

И мы стали собираться.

Было даже немного грустно расставаться с этим местом. Мы как-то уже прижились к нему. Все здесь было знакомо, каждый пенек. Мы даже успели за это время тропинку к морю протоптать. Теперь-то я понимал папу.

К полудню мы погрузились в лодку и отчалили. Ветерок был хороший, ровный. Казалось, что лодка тоже радуется, что вышла в море. Она легко и плавно взбиралась на волны, мирно покачивалась на них. И скоро папин любимый берег стал оставаться все дальше позади.

А острова стали приближаться к нам.

Особенно те два, между которыми исчез «Летучий голландец». Папа правил именно туда, гусей ему захотелось…

Мы вошли в узкий пролив между островами. А за проливом был залив, с песчаными берегами, возле которых плавали сотни уток. Или тысячи.

– Прямо зоопарк, – сказал Алешка.

Утки с шумом и паникой разбегались по воде, поднимались на крыло, но далеко не улетали, вскоре снова плюхались в море и продолжали свою кормежку.

Мы высадились на Волчий остров и сразу разбрелись по нему. Здесь тоже было настоящее царство Лоухи. Кривые мшистые деревья, сцепившиеся корявыми ветвями, заросли черники, стаи куропаток, которые неожиданно, с треском, взлетали из-под ног и снова скрывались в траве.

Алешка тайком выслеживал змей, которых здесь не оказалось, мама собирала грибы, а папа неожиданно поднял стрельбу и принес к костру, который я разложил на уютной полянке, двух белых куропаток.

С водой только было плохо – одни лужи. Но мы ухитрились набрать ее и для чая, и для грибов. А куропаток папа зажарил прямо на огне.

– Хвойные, – подмигнул он Алешке, – с корочкой.

– Пригорелые, – не остался в долгу тот и похвастался: – А я медвежье логово нашел.

– Где? – насторожился папа.

– А там, – махнул рукой Алешка, – на дальнем берегу.