Свадьбы не будет, Светлый! (СИ)

— Отойди от меня! — отмерла Ребекка, вырывая руку из моей недостаточно цепкой хватки.

Я грустно вздохнула и опустила взгляд вниз.

— Бабушка, ты в порядке? Может… — робко начала Лили.

— Не дождетесь!

Ребекка салфеткой стряхнула с ладони остатки лимонада и несколько прилипших к коже стеклышек.

Подняла на меня взгляд.

Прищурилась.

Лицо ее перечертилось морщинами так глубоко, что я побоялась, как бы пудра не начала осыпаться кусками, подобно старой штукатурке.

Надо бы ее познакомить с моей матушкой. Та была большой докой в искусстве макскировки. В смысле — макияжа.

— С чего ты взяла, девочка, что твой сын будет Верховным светлых? — процедила Ребекка, глядя на меня так тяжело, как будто я была самим Проклятым, восставшим из глубин подземья прямо посреди столовой светлых.

Кашлянув, я опустила глаза.

— Но как же… — пролепетала я. — Лорд Лайтвуд ведь…

Пробормотав это, я замолчала. С моими родителями бы такое не сработало, они видели, что я собираюсь соврать, еще до того, как я открывала рот.

А вот светлые — это другое дело. В АТаС нам говорили, что у светлых часто считается невежливым говорить о некоторых вещах. К примеру, о незапланированной внебрачной беременности, о супружеском адюльтере и о прочих лучше всего подходящих для светской беседы темных вещах.

Пожалуй, предмет текущего разговора относился к этой же категории.

— Райан говорил… — пролепетала я.

И не соврала ведь ни слова.

Райан много чего мне говорил. О детях, правда, речь не шла.

Но я ничего и не утверждала напрямую!

— Что-о-о? — отмерла Ребекка, медленно вставая и упирая руки в бока.

— А разве нет? — вскинула я на нее удивленный и, хотелось бы верить, хотя бы немного невинный взгляд. Закусила губу и отвернулась.

Насколько я знала, правила наследования у светлых были довольно простыми. Титул переходил к старшему сыну вместе с землями и всем имуществом.

У темных все было совсем не так. Из-за вакантной должности Верховного из века в век вспыхивали межусобицы. Несмотря на это, уже много сотен лет Верховным становится представитель рода Даркмор.

Это называется — порода. Хватка. И приличная доля беспринципности.

А что касалось земель и прочего имущества, то тут традиции тоже было просты. Кто первый успел — того и артефакты.

Говоря о наследовании богатств семьи Даркморов, стоило упомянуть, что сейчас мое положение было намного более выгодным, чем у моего брата. Как минимум потому, что я находилась ближе и к фамильной сокровищнице, и к древним гримуарам, и, собственно, к особняку Дракморов. Так что в случае смерти родителей имела все шансы первой прибрать к рукам все самое ценное.

Определенно, мне нравился такой расклад.

Если бы мы были светлыми, то все имущество без вариантов отошло бы моему брату, как старшему мужчине.