Темное настоящее

Химчистка открывалась в семь утра, работала до полудня и закрывалась на обед, длившийся до шестнадцати часов. В полуденное время в Багдаде наступала невыносимая жара, улицы пустели, магазины и государственные учреждения закрывались на перерыв. Второй раз химчистка начинала работу после обеда и прекращала выдачу заказов в восемнадцать часов.

Воспользовавшись отсутствием дочери, Лев решил высказать жене все, что думает о ней, но, взглянув на довольное и радостное лицо супруги, взбесился, вышел из себя, дал волю чувствам.

– Это тебе от Омара!

Карташов с размаху дал жене звонкую пощечину.

– А это – от меня!

Он ударил Нину по другой щеке, замахнулся, чтобы продолжить экзекуцию, но Нина не намеревалась безропотно сносить побои.

– Ах так?! – воскликнула она и плюнула в лицо мужу. – Проклятый импотент! Ты, наверное, забыл, что я женщина, а не половая тряпка, о которую можно ноги вытирать?

– Мама, папа, остановитесь!

Супруги обернулись. В прихожей стояла Лиля. Девочку трясло, она была близка к истерике. Лев и Нина разошлись по разным комнатам. Ужинали раздельно.

Спать Лев Иванович ушел на просторную лоджию. Ночью он проснулся от нестерпимой духоты, посмотрел на небо.

– Помоги, подскажи! – прошептал он.

В ответ среди тысяч ярких звезд на чернильно-черном небе вспыхнула и погасла Путеводная звезда. Лев Иванович расценил ее появление как добрый знак.

На другой день к нему в машинном отделении багдадской ТЭЦ № 12 подошел Али Азиз, стройный мужчина лет тридцати пяти. Работавшие на объекте иракские специалисты боялись его до дрожи в коленях, советские граждане старались избегать.

Али Азиз был сотрудником пятого управления Мухабарата – контрразведки, занимающейся наблюдением за иностранцами. Поговаривали, что он родственник Тарика Азиза, ближайшего соратника Саддама Хусейна, члена Совета революционного командования Ирака – аналога Политбюро ЦК КПСС. Али никогда не отрицал своего родства с Тариком Азизом, но отношения к высшему государственному чиновнику не имел. Тарик Азиз родился в ассирийской семье католиков-халдеев на севере Ирака. При рождении его звали Михаил Юханна. Став самостоятельным, будущий государственный деятель сменил имя и фамилию, чтобы не выделяться в мусульманской стране. Али Азиз родился в одной местности с Тариком Азизом в арабской семье, исповедовавшей католицизм. Место рождения, вероисповедание и фамилия сделали свое дело: даже некоторые сотрудники Мухабарата считали Али племянником Тарика Азиза.

– Что, Лев Иванович, наступили мрачные времена? – спросил Али на хорошем русском языке.

– Да нет, все в порядке, – не стал посвящать постороннего в свои дела Карташов.