Теплое сердце зимой

Если кто-нибудь проникнет в особняк, они испарятся еще до того, как с кем-нибудь начнется разговор. Но все равно.

— Привет, Рон. — Куин позволил себе сесть на задницу. — Как у нас дела?

Он задал этот вопрос рефлекторно, потому как точно знал, как у них дела: он потерял шанс помочь Лукасу, у Рона в доме был вампир, а маленькая Синди-Лу, или как там ее звали, записывала все происходящее на подкорку, будто ее мозг был Розеттским камнем[30].

— Ты ищешь те старые письма? — спросил Рон.

Куин нахмурился.

— Что?

— Те, что были в полу. Когда мы переделывали эту комнату, то обнаружили пачку конвертов.

Прежде чем у Куина появилась хоть одна сознательная мысль, он поднялся на ноги.

— Ты сохранил? Я про письма?

— Да, я подумал, может, кто-нибудь спросит о них. Но парень, у которого я купил это место… ну, то есть ты… но я же никогда не встречался с тобой, и когда я попытался связаться через агента по недвижимости, они не смогли найти твоего представителя…

Фритц был идеальным доверенным лицом, не так ли? На виду, когда нужно, и невидимый для людей всех мастей, когда дело сделано.

Рон потер бок, как будто у него чесалась печень.

— Они сказали, что этот дом принадлежал твоей семье двести лет. Это правда?

— Эм, Рон, я не прочь поболтать и дальше, но не мог бы ты отдать мне эти письма?

Малышка посмотрела на своего отца.

— Это была комната его старшего брата.

— Так же, как у вас с Томми.

— Ага.

— Пошли, — сказал Рон Куину. — Они в сейфе в моем кабинете.

Они втроем двинулись по коридору, Рон прижал указательный палец к губам, когда они проходили мимо главной спальни — универсальный знак «Не буди жену».

Угу, согласился Куин. Сейчас это дерьмо было критически важным.

Кабинет Рона находился там, где раньше была обычная комната для гостей, и на столе из оргстекла стоял полный минималистический набор в стиле хай-тек, компьютер — лишь клавиатура да тонкий, как человеческий волос, экран.

— Сейф здесь. — Рон перешел к противоположной стене, которая, казалось, была покрыта кожаными вставками цвета подгузника Рэмпа после того, как ребенок съел миску гороха. — Он скрыт.

Рон взмахнул рукой. Нахмурился. Еще несколько раз взмахнул.

— Кажется, здесь.

После пары попыток заставить какой-то тайный считыватель распознать отпечаток его ладони, Рону удалось найти то, что было так успешно замаскировано: часть стены отъехала в сторону, обнажая черно-серый сейф.

Что-то пискнуло на маленькой кнопочной панели спереди, послышалось шипение, а затем Рон сделал фокус в стиле сезам-откройся. На долю секунды Куин запаниковал, что за всем этим последует загадочное исчезновение. Какой-нибудь уууупс. Самовозгорание прямо у него на глазах…

— Вот они.

Рон протянул большой конверт из манильской бумаги.