Теплое сердце зимой

Можно поставить его снаружи игровой комнаты, в коридоре где кинотеатр? Старшим будет интересно, да и мы сможем сидеть там с двойняшками.

— Хорошая идея. Но тебе придется держать Рейджа подальше. Он обожает надувные замки."

"— Я не знал.

Бутч, салютуя, поднял кружку.

— Такое всегда узнается во время бурь.

— Кстати, о детях. Вы с Мариссой не хотите завести? — Блэй выключил телефон и отложил в сторону. А потом осознал, что Бутч застыл, поднеся кружку ко рту. — Ой… черт. Прости, это слишком личное…

— Да нет, все нормально. — Бутч закончил действие и сделал глоток.

Завывание началось с низких частот, просто очередной порыв ветра, но оно становилось все интенсивней и задержалось дольше всех порывов до этого, и они с Бутчем посмотрели на дверь Ямы. Снаружи коттеджа трещали и дребезжали декоративные ставни, а потом раздался стон — так жаловались стены, или, может, стропила крыши? Сквозняки, тянувшиеся от окон и дверных швов, скользили по лодыжкам Блэя, и даже игроки в настольный футбол остановили свой батл и вскинули головы…

Опять стенания — в этот раз точно сверху.

Ветер проникал сквозь старые швы, и Вишес, сидевший за Четырьмя Игрушками, то есть компьютерами с системами безопасности и мониторинга за всей территорией Братства, поднялся из-за стола так, будто готовился накрыть оборудование собственным телом.

Последовала пауза, отступление. Но потом все удвоилось — шум и треск, протесты маленького коттеджа, сквозняки и жуткое завывание, все усилилось так, словно Создатель прибавил громкость этого мира.

Внезапно они словно подключились к групповому мышлению, и все синхронно направились к двери во двор. Ну, все кроме Ви, который начал быстро набирать что-то на одной… нет, на двух… клавиатурах.

Куин шел первый и открыл дверь… чтобы отлететь назад под силой ветра. Блэй мгновенно подскочил к нему и поддержал своего супруга, хватая его за большие, крепкие руки, не давая ему упасть. И хотя это, наверное, было неуместно, но на короткий миг он закрыл глаза и вдохнул запах своего мужчины…

Звук рвущейся ткани был настолько громким, что его было слышно даже за бурей.

— Брезент на фонтане! — закричал кто-то.

В это время в центре внутреннего дворика, пролегающего между особняком и коттеджем, мраморный фонтан размером с автовокзал Грейхаунд стал центром внимания бури… порывы ветра трепали брезентовый тент, укрывавший чашу фонтана и скульптуры. Они невидимыми клыками вцепились в непромокаемый материал и сорвали с него несколько мешков с песком, что удерживали накидку на месте. Большая часть брезента хлопала на ветру, как флаг, рвавшийся на свободу.