Тихий городок

Несколькими прыжками он достиг спасительного леса, юркнул за ствол дерева и выглянул из-за него. Окружив пригорок, немцы лезли к вершине со всех направлений, и пулемет сержанта бил по ним почти в упор. Пуля, просвистевшая рядом, заставила лейтенанта спрятать голову, но боковым зрением он все же успел заметить три фигуры в маскхалатах, поднявшихся с земли и бросившихся в сторону его дерева. Выхватив из-за пояса две гранаты, он одну за другой швырнул их в немцев и исчез в лесу.

Лейтенант бежал до тех пор, пока не стали подкашиваться ноги.

Остановившись, он вытер пилоткой залитое потом лицо, расстегнул под маскхалатом гимнастерку и в изнеможении опустился на траву. Сердце колотилось, колени трясло мелкой дрожью. Положив автомат рядом, вытянул ноги и, опершись на локти, откинулся назад, подставил влажное лицо легкому и прохладному лесному ветерку."

"Так он отдыхал несколько минут. Неясные, отрывистые звуки, донесшиеся со стороны, откуда он прибежал, заставили его насторожиться. Звуки повторились, и теперь отчетливо слышался раскатистый, усиливаемый эхом собачий лай.

Это лейтенанта не удивило: ведь немцы для того и берегли овчарок, чтобы иметь возможность продолжить погоню. Но приближающийся лай — это не только предупреждение об опасности. Он также говорил о том, что замысел разведчиков удался полностью: «охотники» не только потеряли драгоценное время в бою у пригорка, но и распылили свои силы.

Лейтенант не спеша поднялся, взял автомат, с трудом сделал первый шаг. Теперь он не бежал, даже не торопился, а спокойно шел на своих словно ватных от усталости ногах и внимательно осматривался по сторонам.

Он знал, что от собак ему не уйти и немцы рано или поздно настигнут его, что новый бой с ними неизбежен. Поэтому сейчас выбирал позицию, которая помогла бы одержать верх в схватке, где ему приходилось надеяться только на самого себя да на удачу. И вскоре лейтенант нашел то, что искал…

«Охотники» высыпали из-за кустов неширокой густой цепью, впереди бежал проводник с собакой. Чувствуя, что преследуемый рядом, овчарка рвала поводок из рук, теряла от злобы голос.

Лейтенант, взявший вначале на мушку собаку, после мгновенного раздумья прицелился в грудь ее хозяина и нажал на спуск. Прежде чем проводник с разбега грохнулся на землю, а остальные немцы попадали в траву, он успел свалить очередью еще одного «охотника».

Теперь пришло время заняться и собакой. Предчувствуя свою гибель, та бешено рвала из рук мертвого проводника намотанный вокруг его запястья повод, тщетно пытаясь перегрызть его и забрызгивая все вокруг желтой пеной.