Тихий городок

Мятежниками расстреляны два офицера Красной Армии, являвшихся инструкторами в Войске Польском. Ими совершены также нападения на ряд военных объектов Красной Армии, в результате чего среди советских военнослужащих имеются убитые и раненые. Это уже не нейтралитет, пан майор…

Как военный комендант, — все тем же строгим тоном продолжил Серенко, — я обязан приступить к немедленному разоружению бригады, а в случае необходимости применить вооруженную силу. Однако мне известно, что командование бригады ведет переговоры с Войском Польским о вступлении в его ряды.

Советская военная администрация с пониманием и одобрением относится к этим переговорам. Только поэтому она решила временно воздержаться от принятия мер, диктуемых обстановкой, сложившейся после событий сегодняшней ночи. Но если в срок бригада не прибудет для переформирования в назначенное ей место, советская военная администрация будет вынуждена приступить к ее разоружению. Тогда я, панове, как военный комендант, вам спокойной жизни не обещаю.

Комендант сделал короткую паузу, посмотрел в лицо вначале Хлобучу, затем Вильку.

— Хотелось бы, панове, чтобы вы меня правильно поняли. В противном случае я не желал бы оказаться на вашем месте. — Он приложил ладонь к кубанке. — Прощайте, панове. Надеюсь на ваш здравый смысл.

Развернувшись, комендант быстро зашагал к противоположной стороне моста, за ним последовал его спутник капитан.

Построившись в колонну по двое, туда же зашагала и восьмерка казаков-автоматчиков."

"«А ты не так уж глуп, комендант, — подумал Хлобуч, оставшись на мосту вдвоем с Вильком. — Додумался приволочь мне эту гору трупов. «Надеюсь, бригадный капеллан простит меня за хлопоты, связанные с погребением этих людей». Ловкий ход! Сегодня же вся бригада и округа будут знать, чем закончилась авантюра Матушинського. А какой удачный момент тобой выбран для предъявления ультиматума! Попробуй теперь кто-нибудь в бригаде лишь заикнуться о выступлении против новой власти или Красной Армии, ему сразу напомнят эти подводы с трупами.

Крепко ты разделал восставших, ничего не скажешь. Такого коменданта своим противником лучше не иметь!»

Пока аковцы, прибывшие с Хлобучем, перегружали трупы из грузовиков в подводы и пока казаки-шоферы мыли затем свои машины в реке, Хлобуч и Вильк не обмолвились ни словом.