Тихий городок

 — Может быть, пришел, наконец, приказ о награждении за тот «подвиг» в русских лесах?» Машинально он поднял тоже обе руки, чтобы ответить крепким рукопожатием, достойным солдата фюрера, сияющему Штендеру.

В то же мгновение на запястьях обер-лейтенанта щёлкнули наручники. Только сейчас он разглядел, что улыбка на лице гауптмана была не сияющей, а издевательской.

— Так вот, дорогой Вилли, я счастлив сообщить, что вам предстоит в скором времени поездка в Берлин, — продолжал тот. — Но я полагаю, что вы умный человек и все расскажете мне, не дожидаясь, пока вас заставят сделать это в гестапо на Принцальбрехтштрассе.

Итог будет тот же самый, зато избавитесь от ненужных мучений.

— Это какое-то недоразумение, — запротестовал Шнель.

Штендер жестом остановил его.

— Не спешите, молодой человек, отрицать неотрицаемое. Еще раз повторяю, у вас только один выход: рассказать мне всю правду. Сейчас вас отвезут в один уютный домик. До утра вы подумаете, а потом мы поговорим.

«Это конец. Может быть, попытаться бежать? Но как?»

Словно прочитав мысли Шнеля, гауптман коротко приказал Гуго и вошедшему в кабинет второму громиле с лицом дегенерата и торчащими ушами:

— Если по дороге вздумает поднять шум, утихомирьте.

Ушастый осклабился и вытащил из рукава изогнутый кинжал.

— Будьте спокойны, эфендим, все сделаем, как надо, — ответил за обоих Гуго."

"Шнеля вывели во двор особняка, где стоял старенький «форд» с опущенными занавесками. Обер-лейтенанту связали ноги и втиснули на пол перед задним сиденьем. В грудь больно уперлись грязные подошвы ботинок Ушастого. Вилли не сопротивлялся, понимая, что это бесполезно. Впереди целая ночь, значит, есть и надежда.

Энвер прождал Шнеля больше часа.

Но тот не пришел, хотя встреча была очень важной. Ведь сегодня он просил принести фотографии диверсантов. Видимо, что-то случилось. Внезапный полет? Едва ли, Вилли нашел бы способ отложить его, сославшись на неисправность мотора или еще чего-нибудь. Совещается со Штендером? Уже двенадцатый час, слишком поздно, «корреспондент» предпочитает ложиться спать вовремя.

Так ничего и не решив, Энвер направился в Бешин-таш к дому Шнелей. Внимательно осмотревшись, он не заметил ничего подозрительного. Наверху в кабинете Вилли горел свет, сквозь шторы был виден женский силуэт: наверное, его сестра убирала комнату.

Вскоре свет погас, но тут же зажегся внизу. И опять появился тот же силуэт. Скорее всего, самого Вилли нет дома, а старики спят. Энвер решительно шагнул к двери, позвонил. Дверь открыла Анна, с тревогой вглядываясь в позднего гостя.

— Разрешите пройти в гостиную, ваш брат просил меня заглянуть к нему, но я, к сожалению, задержался. Он, наверное, уже спит?

— Нет, он ушел, — с запинкой ответила женщина.

— Надолго?

— Не… знаю.