Я не Монте-Кристо

«Ну, что скажешь?» — написал Елагин, пока стояли на светофоре. Ответ пришел незамедлительно.

«…!»

«Раньше не замечал?»

«Не рассмотрел».

«Ок, я наберу».

Привез Данилу, высадил у ворот и отъехал только, когда убедился, что тот поднялся на крыльцо, а потом сразу нажал на вызов. Семаргин тут же откликнулся.

— Ну, Никитос, ты меня убил. Пацана и правда будто с тебя отксерили, — озадаченно заговорил лучший друг. — Если б я не знал, кто его мамка, точно решил бы, что твой."

"— Моим он никак быть не может, но я вот, что думаю, Димыч. А что, если ее муж внешне похож на меня, может она потому и выбрала меня в качестве мишени?

— Все может быть, — Никита прямо видел, как нахмурился Димыч.

— Нужно узнать, кто был ее мужем и вообще, откуда она, как ее звали раньше, до наследства.

— Правильно сечешь, — одобрительно кивнул Никита, — вот этим ты и займешься, считай, время пошло.

* * *— Ты отпустила с ним Даниэля? Ты в своем уме, Сальма? — Вадим злился, и Саломия хорошо чувствовала это даже через экран смартфона.

— Следи за тем, что ты говоришь, Вадим, сделай одолжение, — холодно ответила она, — Данил мой сын, и отпустила я его с собственным отцом.

Или я должна была позвонить и спросить твоего разрешения?

— Но ведь Елагин…

— И с Елагиным я буду разбираться сама.

— Я как чувствовал, не хотел, чтобы ты сюда возвращалась, я бы и сам справился, — в его голосе явно сквозило раздражение, и Саломия устало опустилась на стул. Вадим в последнее время стал слишком ее утомлять, может, стоит отправить его обратно?

— Послушай, я тебе очень благодарна за участие, но Елагины это мое личное дело.

— Скажи еще, семейное, — он разошелся не на шутку, Саломия даже отодвинула телефон подальше.

— Может, и семейное, — усмехнулась, — тем более тебе не стоит вмешиваться.

— Так может ты и с тендера снимешься? Ты хоть представляешь, какие за нами стоят люди, и сколько нам это стоило?

— Нам? — она выгнула брови, стараясь вложить в интонацию побольше язвительного недоумения. И насмешки тоже.

— Прости, тебе, конечно же тебе.

Вот так всегда Вадим неизменно тушевался и мямлил, стоило ей ненавязчиво напомнить, чьими деньгами он периодически пытался распоряжаться.

Пожалуй, пусть в самом деле возвращается в Штаты. А тот тем временем сменил тактику, этого у Вадима не отнять, он прекрасно чувствовал настроение Саломии.

— Я просто ревную тебя, — зашептал он в трубку, — ты же знаешь, как я жду, что ты передумаешь, Саломия…

— Не смей меня так называть! — взвилась она, а потом увидела, как по дорожке бежит ее сын, поминутно оборачиваясь, чтобы помахать рукой отъезжающему Хаммеру. Бросила в трубку: — Данил вернулся, позже созвонимся.

И пошла навстречу ребенку.