Я не Монте-Кристо

Влетела в спальню Никиты и застыла, как вкопанная — ее муж стоял посреди комнаты, а в руках у него были футляр с украшениями и та самая злополучная карточка.

— У тебя в комнате чемодан упакован, ты куда-то собралась? — нарочито равнодушно спросил Елагин. Саломия сглотнула и шагнула ближе.

— Да, я сгоряча собрала вещи, но потом передумала… Никита, ты не мог бы вернуть мне карту?

— Что, хотела сделать красивый жест, бросить мне в лицо, мол, подавись своими деньгами, да кишка тонка оказалась? — Елагин буравил Саломию злым, колючим взглядом, она закрыла глаза и сглотнула еще раз.

Нельзя его злить, пускай говорит, что хочет, лишь бы отдал карточку.

— Я поняла, что погорячилась, — сказала едва слышно.

— И решила снова поиграть в семью? — сказал, как сплюнул. — Только я тоже теперь передумал. Условия меняются, играем по-взрослому. Готова?

Саломия невольно оглянулась на кровать, догадываясь, что он имеет в виду, а затем прикусила губу и кивнула. Она и правда была на все согласна.

— Да. Только… Можно быстро?

Никита зло прищурился.

— Это от тебя зависит, дорогая, — «дорогая» прямо процедил сквозь зубы, — только ты туда не смотри, я дважды не предлагаю.

Теперь у нас все будет проще.

Он уселся в кресло, разбросав ноги, и дернул ремень на джинсах.

— Ну что же ты стоишь, вперед, — сделал пригласительный жест, не скрывая насмешки, — докажи, что наш договор в силе, и тогда, возможно, мне захочется вернуть тебе карточку, а если понравится, я даже пополню тебе счет."

"Саломия метнула тревожный взгляд в сторону окна, она ведь сказала таксисту, что недолго, снова прикусила губу. Выбора не было, она медленно кивнула:

— Хорошо, — подошла к Никите, опустилась на колени и вдохнула побольше воздуха.

Что делать дальше, Саломия представляла очень смутно. Может, лучше все же признаться, что она полный дилетант? И с чего он снова поменялся в лице, что ему опять не так?

Зажмурилась, протягивая руку, но тут ее лицо зажали в тиски и дернули вверх так, что у нее чуть голова не оторвалась. Открыла глаза и увидела близко-близко перекошенное от злости лицо Елагина.

— За кого ты меня принимаешь? — взревел, как бешеный, Саломия от страха снова зажмурилась и втянула голову в плечи. — Ты правда решила, что мне от тебя нужно… за деньги…

Он тряс Саломию, его и самого порядочно трясло.

А у нее будто с души сняли десятитонную плиту. С ресницы сорвалась капля и упала на руки Елагина

— Пожалуйста, Никита, миленький, мне так нужны деньги… — зашептала, вцепившись в его руки и пытаясь ослабить тиски. — Я потом все верну, честное слово!

Елагин, совершенно ошеломленный и сбитый с толку, разжал пальцы, молча достал из кармана карточку и протянул Саломии. Она порывисто обняла его, поцеловала в щеку, пробормотав «спасибо», и помчалась назад к воротам.