\

Дети все равно под присмотром твоей мамы, а я помогу успокоить постояльцев. Говорят, у меня неплохо получается обстоят дела с коммуникацией.

Артем окидывает меня странным взглядом.

— Тебе правда не все равно?

— Что за глупости? — возмущенно отвечаю вопросом на вопрос. — Как может быть все равно, когда касается гостей? Даже если это не мой отель.

Он задумчиво провожает меня взглядом, а я уже бегу в свой номер. Бросаю на сушилку мокрый купальник, тунику, ныряю в спортивный костюм и бегу обратно.

Из номеров выводят расстроенных сонных постояльцев, дети хныкают, и я безошибочно выбираю самые взвинченные пары.

Сама не знаю, откуда это у меня, но с самого начала, когда я еще работала ночной горничной, у меня получалось договориться с самим нудным и дотошным постояльцем. А здесь всего лишь возмущенные люди, которым среди ночи на голову полилась вода.

Самое главное, дать понять, что я искренне разделяю их возмущение. Ни в коем случае нельзя показать, что это мелочь, не стоящая внимания. Я утешаю, соболезную, помогаю переносить малышей, вещи. И до бесконечности приношу извинения.

Время от времени ловлю на себе загадочные взгляды Артема, который в свою очередь руководит устранением аварии. В один из коротких периодов отдыха он привлекает меня к себе за локоть и говорит, зарывшись в макушку:

— Я так тобой горжусь, Аленька, ты просто не представляешь.

— Я тобой тоже, — поднимаю голову и смотрю в синие глаза.

Это правда. Я не знаю миллиардеров, которые бы сами ходили по щиколотку в воде и выуживали плавающие детские игрушки. Или лезли с гаечным ключом перекрывать воду. Или помогали выносить подмоченную мебель.

Наконец все гости расселены, помпы работают на всю мощность, выкачивая воду, и Артем чуть ли не силой загоняет меня в номер.

— Ты с ног валишься, милая, отдыхай.

— А ты? — не могу удержаться, глажу колючую щеку.

— Я тоже скоро буду закругляться. Но нужно еще провести оперативку.

— Может, лучше с утра? Люди устали. Авария ликвидирована, дай всем отдых.

— Я подумаю, — говорит он вполне серьезно и целует мне ладонь.

Возвращаюсь в номер, быстро ополаскиваюсь в душе — воды сегодня в моей жизни было более чем достаточно. Ложусь в постель и только потом понимаю, что Артему негде ночевать. В его номере спит Галина, остается вариант на диване.

Впрочем, у него здесь есть апартаменты, так что вряд ли Асадову придется ночевать в холле у ресепшена. Глаза сами слипаются. Сквозь сон слышу, как прогибается рядом кровать, мое тело оплетают горячие руки, и такой же горячий шепот заползает в подкорку.

— Какая же ты нежная, моя Аленька, ммм….

Поворачиваюсь к нему лицом, сон как рукой сносит.

— Что ты делаешь в моей комнате? Ты обещал, что без моего согласия сюда не войдешь.