\

"

"Через день я обнаруживаю себя в салоне частного бизнес-джета вместе с притихшими, немного испуганными детьми и их довольным, сияющим от счастья отцом. И даже когда самолет отрывается от взлетной полосы, я не могу поверить, что все это происходит со мной наяву.

* * *Артем смотрел на притихших Плохих девочек и в который раз испытывал мучительное чувство вины. То, как они входили в салон его собственного джета, как с опаской посматривали по сторонам. Как несмело садились на обитые светлой кожей кресла выбивало наглухо.

— Он правда твой? — недоверчиво спросила Марьяшка. И когда Артем кивнул, с детской непосредственностью поинтересовалась: — А зачем тебе одному целый самолет?

Можно было солгать с серьезным видом, что он специально его купил, чтобы возить своих маленьких дочек, но Артему не хотелось обманывать. Потому что они бы поверили, они слишком доверчивые, его малышки. Пусть он и подсел на обожание, переполнявшее три пары голубых глаз.

Только девочки не заслуживали на обман, пусть даже такой незначительный. А особенно не заслуживала на него его самая взрослая Плохая девочка, Алена.

Аля, конечно, сдерживала эмоции, но все равно в ее глазах читалась та же робость, что и в глазах их малышек.

Больше всего крыло то, что все, ВСЕ четверо наследницы многомиллионного состояния. А робели перед обычным средством удобного и комфортного передвижения, будто это был не простой бизнес-джет, а волшебный ковер-самолет.

И если у Алены был хороший отец, просто ее мать оказалась эгоистичной и слабовольной дурой, то у ее дочек наоборот. С мамой у них все в порядке, им с отцом не повезло.

Малышки жались к Алене, они до сих пор так делали, если надо было их пожалеть или успокоить. Артема трогало то, как быстро у нее получается утешить их детей, ведь она сама хрупкая и беззащитная. И он очень старался не ревновать.

Девочки легко приняли Асадова как отца, но пока что для них он был как игра, как развлечение. Если случалась беда, они по-прежнему бежали к маме.

Недавно Миланка порезала пальчик о сломавшуюся пластиковую деталь кукольного домика. У Артема, когда он увидел ранку, было чувство, что это у него кровь идет. У самого чуть сердце не остановилось.

Алена прибежала, ранку обработала, на пальчик подула, и все. Все прошло. Он потом тоже дул, на всю мощь легких. Чуть саму Миланку не сдул, так старался. Но это же надо знать!

После взлета, когда самолет набрал высоту и выровнялся, Артем рассадил детей на диване. Стюарт принес бутерброды, фрукты и лимонад.

Девочки повеселели и уже не так неловко чувствовали себя в салоне самолета. Артем старался их отвлечь, а сам поглядывал на Алену.

Она сидела в кресле у иллюминатора и задумчиво смотрела на облачную равнину, тянувшуюся внизу. От бутербродов отказалась, от кофе тоже.