Твоя примерная коварная жена

И мысли эти были приятными, волнующими и немного нескромными.

– Она идет по жизни, смеясь, – сказала она, тоже делая глоток, давая вину свободно стечь по горлу и чувствуя его прохладу и легкую терпкость. – Помните такую песню из нашей молодости?

– Вы всегда будете молодой, Эля. – Семенов неожиданно наклонился и поцеловал ее пальцы, держащие бокал. Она дернулась, пролила вино. Красная дорожка побежала по его светло-серому свитеру.

– Ой, простите, я не хотела.

– Если уж мы заговорили о культурных кодах тридцатилетней давности, то вы должны сейчас сказать: «Снимайте ваш свитер, я возьму его с собой, простирну его в «Новости».

А я должен вам ответить: «Ну ей-богу, если вы сию секунду не замолчите, я сожгу этот свитер на ваших глазах».

Элла невольно расхохоталась.

– В общем, бог с ним, действительно отстирается. Хотите пирожное? У нас очень вкусные эклеры.

Элла с сомнением смотрела на стоящую на столе тарелку с малюсенькими эклерчиками, которые действительно выглядели очень аппетитно.

– Вообще-то я не ем сладкое, тем более вечером, – сказала она.

– А вот это очень зря. Судя по результатам анализов, проблемы со здоровьем у вас вызваны очень низким содержанием сахара в крови.

У вас гипогликемия, Эля, и нам в ходе обследования еще предстоит выяснить, чем она вызвана, но эклер можете съесть. Он вам не повредит.

С раскрасневшимися щеками, хохочущая, она казалась Семенову очень хорошенькой. Не богиня, конечно, обыкновенная, земная женщина из плоти и крови. Но в глаза посмотришь – утонешь. Казнь египетская, а не глаза. Бездонные омуты, в которых камнем идешь на дно, даже не надеясь на спасение. Ему с детства нравились именно такие женщины.

Как сказала бы мама: абсолютно твой типаж. Он представил маму – маленькую, по-юношески стройную, с задорной короткой стрижкой абсолютно седых волос, с неизменной сигаретой, зажатой между безукоризненно накрашенными губами или между тонкими пальцами с безупречным маникюром и тщательно подобранными массивными кольцами. Смотрящую на сына чуть иронично, но с доброй улыбкой, – и тоже улыбнулся, нежно-нежно, как с детства привык улыбаться маме.

– Когда вы улыбаетесь, у вас морщинки вокруг глаз разбегаются, словно солнечные лучики, – доверительно сказала Элла.

 – И вы становитесь совсем не строгим, словно и не доктор вовсе.

– Да я вроде и так не строгий, – Семенов, казалось, растерялся. – Вон советую эклер съесть.

– Нет, эклер я не хочу. Правда, я не люблю сладкое. Равнодушна совершенно к любого вида сладостям. Если можно, давайте еще вина выпьем. Оно вкусное, а я так редко пью вино…

Он послушно взял со стола еще два бокала.

– Если хотите, можете даже напиться.

– А как же завтрашнее обследование?

– Перейдет на послезавтра.