Убийца по вызову

В документах, прибывших из Владимира, помимо прочего, имелись отчеты криминалистов, из которых следовало, что разрезы на запястьях Проскурина сделаны ножичком для фруктов, который был обнаружен на дне ванной, а смерть наступила между третьим и четвертым часом утра. Относительно вещества, действию которого подверглись девушки и, по-видимому, сам убитый, ничего установить не удалось, поскольку следов этого вещества не было обнаружено ни при анализах крови свидетельниц и потерпевшего, ни при обысках в номере. В крови девушек были найдены следы сильнодействующего снотворного, но этот препарат выпускается только в ампулах и вводится посредством шприца, а, по словам ночных гостий Проскурина, никто никаких уколов им не делал.

«Что ж, с этим ясно, – думал Лев, читая отчет. – Дрянь, которую подсунула Света вместо обычного порошка, по-видимому, была сильнодействующей, но отнюдь не долгоиграющей. Вырубив ненужных свидетельниц, она позаботилась о том, чтобы продлить эффект, и к предыдущему добавила еще укольчик препарата, выпускаемого в ампулах. Но вопрос, который здесь действительно интересен: принесла ли она его с собой, или ей передал его сообщник уже после того, как она проникла в гостиницу? Он ведь наверняка был, этот сообщник. Просто наверняка».

Но в отчетах оперативников на сообщника Светы, который мог находиться в каком-либо из номеров гостиницы, не было ни малейшего намека. Утром и вечером на ресепшене находились разные дежурные, и тот, который видел, как входила Света, не мог сказать, видел ли он такую же женщину выходящей из отеля.

Парень, который заступил на смену утром, утверждал, что в числе тех, кто выходил из гостиницы до обеда, женщины, подходящей под данное ему описание, не было. Это тот самый Игорь, который заселял в номер Гурова, и, если верить его словам, утром отель покинули несколько семейств, прибывших в город с туристическими целями, и два постояльца мужского пола, которых он хорошо знал в лицо. Один из них отправился куда-то по своим делам, а другой должен был в это утро съезжать, что и осуществил. Правда, он был с каким-то своим другом, по-видимому, гостившим у него с вечера, но это был именно друг, никак не подруга, ошибки тут быть не может.

Читая и перечитывая эти показания, полковник с ощущением полной безнадежности понимал, что снова заходит в уже знакомый тупик – Света могла выйти из гостиницы только через главный вход, а через главный вход она не выходила.

– Что, Лев Иванович, есть какие-то соображения? – осторожно спросил Мишин, заметив, что Гуров закончил читать дело. – А то я, признаюсь, практически в тупике.

– Да и я почти там же, – грустно улыбнулся Лев. – Но одна зацепка у нас с тобой все-таки есть. Вот этот Леонид Булавин. Ведь именно он привез ее, эту загадочную Светлану.