11
0Ну что такого он может сказать? Что все-таки решил убить моего брата лично? Что все, что было сегодня — одна большая ошибка? Будет ли мне сейчас еще больнее, чем тогда?
Я, глядя на него, тоже кладу вилку и нож. Сердце бьется бешено, стучит в ушах так громко, что я боюсь, что могу не услышать слова Сайтона.
Он все медлит, а когда уже вот-вот собирается сказать, его прерывает появление в столовой экономки.
— Прошу прощения, господин Бранд, — говорит она. — Вам послание от господина Джеральда Такера.
Экономка передает письмо Сайтону и исчезает в дверях. Он пробегает глазами по строчкам, его взгляд темнеет, плечи напрягаются.
— Эйви, мы обязательно продолжим разговор, — говорит он. — Но сейчас мне срочно надо уехать.
Глава 42. Все стало сложнее
Перед уходом Сайтон обнимает меня и долго, упоенно целует, будто хочет напиться, впечатать в свою память навсегда. Его чувства отзываются во мне, вызывая смутное предчувствие беды. Хотя совершенно непонятно отчего.
Во дворе Сайтон оборачивается в красного, прекрасного в своем могуществе дракона и плавно, грациозно взмывает в небо. Я провожаю его взглядом вплоть до того момента, как он превращается в крошечную точку, а потом совсем исчезает.
— Леди Эйвиола, — слышу за спиной голос экономки. — Прошу прощения, я не представилась, но я решила не мешать вам с господином Брандом. Меня зовут Корнелия Сант. Меня наняли следить за этим домом в ваше отсутствие.
Я оборачиваюсь и присматриваюсь к этой женщине. Она уже немолода, но явно следит за собой. Больше всего бросается в глаза то, что ее одежда идеально выглажена, юбка собирается идеальными складками, а белоснежный воротник накрахмален. Высшая степень искусства в бытовой магии. Мне даже немного обидно, что я никогда не смогу достичь такого уровня.
С другой стороны, если все же поверить теории Вейна, то мои способности в артефакторике практически неограниченны. А это повод…
— Корнелия, а где тут мастерская? — в конце концов, пока я тут буду жить невольной затворницей, могу же я воспользоваться временем с умом.
— Идемте за мной, леди Эйвиола.
Экономка немного склоняет голову, разворачивается и с прямой спиной, словно к ней привязана доска, плывет в дом. Мы спускаемся в подвал, минуем длинный, освещаемый только магическими шарами коридор, и выходим к большой двери с рисунком из кованых растений.
— Это тут, но мне туда доступ закрыт, — равнодушно говорит Корнелия. — Господин Бранд сказал, что сюда может зайти только он и его жена, но прочие подробности мне неизвестны. Позвольте вернуться к делам?
— Да-да, конечно, — я рассеянно киваю и смотрю на дверь.
Узор на ней мне определенно что-то напоминает. Но вот только не могу понять, что. Я долго рассматриваю, касаясь металлических, сделанных искусным мастером, ветвей и листьев.
