Ведьма по наследству

Маргарита Павловна была опытной ведьмой, книга ей была ни к чему, так что, возможно, она валяется где-нибудь в чулане.

– А что мне делать с воеводой? – вспомнила я. – Он требует, чтобы я присягнула на верность царю, хочет сов-разведчиков…

Эльвира откинулась на спинку кресла и выразительно посмотрела на часы. Последняя белая песчинка упала вниз.

Я вынула из рюкзака мобильный; по всему выходило, что я сижу здесь уже час. Быстро время пролетело. Эльвира все так же молча не сводила с меня глаз.

– А шабаш? – ткнула я пальцем в последний пункт. – Я должна принять участие в шабаше, надев ведьмин кулон.

Что я там должна делать? Зачем кулон?

Эльвира безучастно молчала. Похоже, бесплатно она мне ничего не скажет. Я встала, натянула лямки рюкзака на плечи.

– Что ж, спасибо за консультацию, – сказала я.

– С радостью встречусь с вами еще раз, Василиса Егоровна. За пять золотых.

– Понятно, – буркнула я. – Надеюсь, дальше сама разберусь.

– И я надеюсь, что вы сумеете выполнить все условия Маргариты Павловны. Мне хотелось бы закрыть это дело.

– Всего доброго, – попрощалась я и, не выдержав искушения, шагнула к окну.

Быстро раздвинула полоски жалюзи и отскочила прочь, ослепленная раскаленным добела солнцем, зависшим над красной каменистой поверхностью, изъеденной кратерами.

Эльвира Протосовна посмотрела на меня с укоризной, привстала, тугие рыжие локоны чуть шевельнулись.

– Любопытство до добра не доводит, Василиса…

Я пулей выскочила из кабинета, дверь за мной захлопнулась. Мужчина в деловом костюме, проходящий по коридору, посмотрел на меня с удивлением. Интересно, как бы он отреагировал, если бы я пустилась в объяснения: понимаете, мол, получила наследство от бабушки-ведьмы, теперь мне надо год выполнять ее условия – кормить по четным дням златоносную жабу, колдовать помаленьку, ублажать инкуба.

А потом, если я справлюсь, ее дом станет моим по праву, если, конечно, нотариус о чем-нибудь не умолчала. Она, знаете ли, не совсем человек. А за окном у нее неведомая планета, где по безжизненной пустыне ветер гоняет красную пыль.

Ясно, как бы мужчина отреагировал на подобные откровения: если социально сознательный, то вызвал бы санитаров, а если нет – убежал бы прочь, сверкая подошвами блестящих туфель.

Мужчина тем временем скрылся за поворотом, не подозревая, в какой опасной близости от потомственной ведьмы он только что был. Я хмыкнула себе под нос и пошла домой. Надо, в конце концов, найти эту книжку-чудесницу.

Первым делом, протиснувшись через узкую арку, я обошла вокруг дома. Как я и думала, задней двери в нашем мире не было вовсе. Дом окружала зеленая лужайка, усыпанная солнышками одуванчиков, по забору гулял Грех, жмуря от удовольствия желтые глаза, по-видимому, в этом мире ему нравилось больше.