Ведьма по наследству

 – Я ж говорю – с работой и сама управляюсь, а вечером свет погашу – и так грустно мне, так одиноко, хоть волком вой.

– Так мужиков в деревне – завались!

– Некогда мне шашни крутить, – нахмурилась мельничиха. – Я и так целый день верчусь, как волчок. Ты мне дай какую травку, чтоб я мужику подсыпала, и он в меня влюбился без памяти, и сам за мной ходил, как телок. А то у нас мужик в Запорах измельчал. Им только намекнешь – шарахаются, как мыши от кота.

Она насупилась, подбоченилась. Грудь колыхнулась под оборчатой блузой.

– А кто-то конкретный есть на примете? – выглянула Юля.

Тетка задумалась.

– Степан из Якимовых неплохой мужик, плешивый, зато танцует хорошо. А еще Евсей, он старый уже, но на гармошке играет – ух! Ноги сами в пляс идут. Или вот Афоня, скорняк, руки у него красивые, как увижу, как шкуры гладит, так млею вся.

– Но?.. – снова встряла Юлька.

– Плюгавый, – вздохнула мельничиха, – вдвое меня меньше. Не выбрала я еще, – подытожила она, – ты мне травку дай, а я потом решу.

– Ишь, какая деловая! – возмутилась я.

– Да ты не подумай, ведьма, я ж отплачу! – закивала Любомила. – Велислава десять сребреников относила Маргарите.

Ух, дорого, но оно того стоит – вон муж за ею увивается который год. Значит, надо с мужиком определиться… Кого же выбрать? Афоню? А может, Гришу? Глаза горят, как угли, но пьет, зараза…

Бормоча себе под нос, мельничиха пошла прочь со двора, в задумчивости переступив через Брюса. А я закрыла дверь, переваривая полученную информацию. Велислава, счастливая и обожаемая жена, оказывается, приворожила своего мужа?

– Вася, если один приворот стоит десять сребреников, то на тридцать золотых тебе надо приворожить триста человек, – быстро подсчитала в уме Юля.

 – Пора приниматься за дело! Все Запоры будут ходить влюбленные!

– Как бы, наоборот, не передрались, – возразила я. – Некоторых небось на части рвать станут, а козлы вроде Парнаски останутся несолоно хлебавши.

– Я думала, он лось.

Я лишь отмахнулась. Сейчас меня больше заботила новость о привороте Велиного мужа. Накинув кофту с капюшоном, я шмыгнула в сказочный мир. Сбегая в сумерках вниз по холму, я вспоминала дом Велиславы: уют, любовь, счастье – хоть ложкой черпай! И все это благодаря ведьме? Так, может, не такая уж темная магия таится в моей красной книжице? Я прошла позади дворов, стараясь не попадаться на глаза запорцам, отшатнулась от брехливой собаки, выскочившей из-под забора, и наконец подошла к дому Велиславы.

Опершись на калитку с заднего хода, заглянула во двор. Две девочки возились у плетня в траве, играли с куклой.

– Позовите маму, – попросила я. Вроде не громко крикнула, а девочки чуть не подпрыгнули, с визгами убежали в дом. Я вздохнула. Никак не привыкну к такой реакции.