Власть Варяга

 — Ты мне нужна! Мне жена так не нужна, как ты! Я из-за тебя столько глупостей понаделал, что не приведи господи! — в отчаянии произнес он. — Еще неизвестно, как это мне может аукнуться. Ну что же ты молчишь? Говори!

Шурков перевернулся на живот и заглянул в застывшие глаза Лады.

— Я тебе никогда этого не прощу.

Злости не было, одна боль. Да и говорила Лада так, словно обращалась не к Шуркову, а в пустое пространство.

— Можешь не прощать. Только не уходи!

— Ты даже не знаешь, что ты со мной сделал! — в отчаянии заломила руки Лада. — У меня же все налаживалось. Он знал обо мне все и тем не менее простил! Вот скажи мне, какой мужчина способен на такое? Ты бы не смог, тебе только любовница нужна.

Вопрос Лады застал Валерия Алексеевича врасплох. К проституткам он относился как к обслуживающему персоналу и совершенно не видел в них личностей. По его твердому убеждению, они нужны были только для того, чтобы скрашивать мужикам жизнь. А тут, гляди-ка, характер проявляет, мнит себя личностью и даже на что-то претендует.

— Хм… Я бы не сумел, — честно признался Шурков.

— Вот видишь! Он необыкновенный. Как ты не можешь понять, я не принадлежу тебе.

У меня сейчас складывается все по-другому. Без всех вас! Отпусти меня, прошу тебя! — взмолилась Лада. — Я давно уже хочу забыть весь тот кошмар, в котором жила.

Шурков отрицательно покачал головой:

— Нет.

— Ну, Валера, милый, — настаивала Лада, — я же знаю, что ты мягкий и добрый.

— Я раньше был такой.

— Ты хороший.

— Лада, ты преувеличиваешь.

— Отпусти меня!

— Давай не будем больше об этом говорить, ты даже не представляешь, чего мне стоило отыскать тебя, а ты мне — отпусти! Ради нашей дружбы я могу разрешить тебе жить с ним как ни в чем не бывало.

Если хочешь семейного угла, пожалуйста! Потом ты еще взвоешь от этого тихого счастья. Ты для него просто не создана, ты другая. Сама с голым передком на Тверскую побежишь! Уж я-то тебя знаю!

— Поверь мне, я стала другой.

— Но ты должна будешь встречаться со мной хотя бы один раз в неделю. Что ты молчишь? — посуровел Валерий Алексеевич. — Или мне напомнить, что будет с тобой, если мы не договоримся? А может, ты и не любишь своего муженька? Хочешь, чтобы его неожиданно грузовик переехал? Что скажешь, детка? Ты же знаешь, что я могу быть очень нехорошим! — Лада попыталась натянуть на голые ноги простыню, но Шурков ухватил ее за руку.

 — Что-то ты стала стеснительной. Прежде я за тобой подобного не замечал. А потом, я ведь плачу и за то, чтобы лицезреть тебя, крошка. А клиентам нельзя ни в чем отказывать.

— Какой же ты все-таки…

— А уж это как тебе заблагорассудится, милая. — Шурков придавил Ладу большим животом. — Знаешь, я где-то читал, что молодая любовница продлевает жизнь мужчинам.