Власть Варяга

А этот дед сейчас старший в роду Гамзаевых, Расул не посмеет ничего сделать. Только прошу, говорите напористее. Сможете?

— Смогу, — словно приняв важное решение, сказал Сергеев. В его глазах наконец появилась надежда, он судорожно сглотнул и взялся за телефон. — Расул? — спросил он, набрав номер и подождав несколько секунд. — Это Сергеев… Ага, здоров. И ты не кашляй… Короче, дело есть… Давай окончательно решим все наши проблемы. В общем, приезжай со всеми своими на карьер… Да, «стрелку»… Жена, говоришь? Это ты, Расул, правильно сделал, что мне напомнил… Позвони-ка своему дедушке, сделай милость… Как какому? Тому самому, которому ты на Пролетарской квартиру снимаешь… Да не держи ты меня за идиота, Расул, лучше набери по-быстрому номер и звякни деду, тогда и поговорим.

К концу разговора голос Сергеева звучал уже совершенно уверенно. Видимо, реакция его собеседника подтвердила слова Тарантула. На некоторое время Сергеев замолчал, но трубку от уха не отрывал. Тарантул показал ему большой палец и прошептал:

— Молодец! Так держать!

Спустя примерно минуту Сергеев снова заговорил:

— Что ты говоришь? Не отвечает? А ты еще его охранникам позвони… Ах уже звонил… Что, и они не отвечают? Вот беда-то какая… Ну, Расул, зачем же такими словами-то ругаться, мы ж с тобой не пацаны… Да, у меня… Согласен.

Но учти, — голос Сергеева стал жестче, — если вы ее хоть пальцем тронете, то твой дед вернется к тебе по частям… В офис фирмы привезете… Через час. Там и деда получишь назад… А потом в карьер, и разберемся окончательно… Согласен… И тебе того же.

Он отключил телефон и обвел присутствующих торжествующим взглядом."

"— Струсил, падла! Через час меняем Юльку на дедка, а потом на «стрелку».

Только, Константин Игоревич, как бы крови много не было… У «пиковых» народу много.

— Не беспокойся, — ответил Тарантул. — У нас есть для них пара приятных сюрпризов. Правда ведь, Шмель?

— Истинная правда, — кивнул Шмель, нехорошо улыбнувшись.

* * *Старый заброшенный карьер, в котором раньше добывали камень, давным-давно служил в Магадане местом для «стрелок». Его ценили за то, что местность вокруг была ровная и открытая, устроить засаду на подходе было невозможно — все просматривалось, зато в самом карьере можно было хоть из гранатометов стрелять — снаружи не видно.

На этот раз в карьер с разных сторон въехало пятнадцать машин — семь с одной стороны и восемь с другой. Они съехались посередине и остановились метрах в пятидесяти друг от друга. С каждой стороны одна из машин выехала вперед — со стороны «пиковых» это оказался вишневый джип, а со стороны Ростовского скромная «Волга», в которой сидели он сам, Сергеев, Тарантул и Шмель.

— Ишь, как набились, — заметил Шмель, не проявляя ни малейшего признака страха.