Владыка морей ч.2 (СИ)

Я искуплю свою вину и укреплю истинную веру. Иншалла!

— Помолимся, братья, — сказал халиф, подняв руки. — Это нелегкое дело разрешилось к всеобщему согласию. А согласие среди правоверных всегда угодно Аллаху.

* * *Еще месяц спустя. Июнь 640 года. Братислава.

Неужели получилось? Самослав опустил руку вниз, и свиток с донесением упал на пол. Египет устоял, а брат Никша укрепился в Синде. А теперь, судя по донесениям купцов, вся Мекка гудит, подсчитывая барыши от будущей торговли специями. Ничего-то они не поняли! Вся торговля пойдет в обход Аравии, по морю! А караваны, которые соединят Мекку, Дамаск, Басру и Татту, будут безнадежно проигрывать кораблям в скорости и дешевизне пути. А что это значит? Это значит, что война с арабами лишь вопрос времени. Лет десять-пятнадцать, и все. Хрупкий мир, которого удалось достичь, не сможет устоять.

Самослав вспоминал… Ведь в свое время халиф Умар повелел расчистить канал фараонов, чтобы начать поставки зерна в Аравию, но потом, при Омейядах, он был засыпан. Слишком большую конкуренцию чувствовали купцы Мекки. Впрочем, в 1863 году часть старого русла восстановили под названием канал Исмаилия. В реальном мире и в двадцать первом веке этот канал все еще существовал. Никак без него, оказывается.

— Что же, — сказал он Звонимиру, который молча смотрел на него. — Вроде бы пока все идет, как надо. Ту сволочь, что моего сына убить пыталась, нашли?

— Ищем, государь, — Звонимир виновато отвел глаза в сторону. Взять на службу сыновей предателей было его идеей, и вот такой провал.

— Найти и покарать, — веско ответил князь. — Чтобы никому неповадно было. Никаких денег не жалеть. Объявите награду всем купцам. Тысяча солидов за живого, двести за сведения о том, где он прячется.

В дверь негромко постучали, и князь нахмурился. Никто не смел тревожить его без веской причины. Но дверь тихонько открылась, а на пороге стояла надутая, словно мышь на крупу, княжна Видна, которую держала за руку служанка Улрике. Женщина отпустила малышку и присела в почтительном поклоне.

— Скажи ей, чтобы она меня за руку не водила! — обвинительно уставила пальчик девчонка.

Княжне уже шел шестой год, и с каждым днем сходство с матерью лишь усиливалось. Только характером она пошла не в Людмилу. Видна росла редкостной оторвой.

— Ты говорил, что кисть надо через большой палец выкручивать! — сказала она. — Я так и делала. Со всеми получается, а с тетками Улрике и Леутхайд не получается. Хожу теперь мелкими шажками как эта дура Радегунда! И ножик мой отняли! Пусть отдадут!

— Не к лицу пани бегать, — усмехнулся князь. — Учись ходить, как мама или тетя Мария. Радегунда вот хорошо ходит, как настоящая королева. И ты тоже королевой будешь, дочь. А королевы не бегают. Спроси у Умилы, она тебе расскажет.