Воронцов. Перезагрузка. Книга 6

Я усмехнулся, видя его замешательство, и указал на вентилятор — круглое устройство с деревянными лопастями, установленное сбоку от горна.

— Вот смотри, Савелий Кузьмич, когда было водяное колесо установлено, сюда шёл второй вал, — я провёл рукой, показывая траекторию. — Который через вот эту вот систему…

Я указал на переходники — сложную систему шестерён и ремней, соединяющих основной вал с вентилятором.

— И крутили вот этот вентилятор, — показал я на него. — Мы им и как раз воздух нагнетали в горн.

Савелий Кузьмич подошёл ближе, разглядывая устройство с профессиональным интересом.

— Но сейчас вот пока кузница, чтоб не простаивала, и пока не сделали компрессор, вот сделали как временное явление, — продолжил я и показал ему на странное устройство в углу кузницы.

Это был велосипед, но не совсем обычный. Его рама была закреплена на деревянной платформе. От педалей шёл привод к вентилятору через систему ремней и шкивов.

— А ну, Митяй, покажи гостю, как работает.

Тот подбежал к велосипеду, уселся на седло и стал крутить ногами педали. Постепенно набирая скорость, он заставил вентилятор вращаться всё быстрее и быстрее.

Вентилятор заработал, и поток воздуха через воронку стал дуть в горн. Угли, до этого тлевшие, моментально разгорелись ярким пламенем, осветив кузницу оранжевым светом и отбросив тени на стены.

— Хитро придумано, — снова почесал затылок кузнец, обходя весь механизм.

Он осматривал устройство со всех сторон, приседал, чтобы взглянуть снизу, вставал на цыпочки, чтобы увидеть сверху.

Так посмотрел, сяк посмотрел, а потом как вывод сказал:

— Неплохо, но оно же тоже требует, чтоб отдельно человек сидел, крутил…

Я кивнул, признавая его правоту:

— Да, человеческий ресурс тут немаловажен.

Митяй, продолжавший крутить педали, уже начал тяжело дышать. По его лбу струился пот, а ноги двигались всё медленнее. Видно было, что долго так работать невозможно — слишком тяжёлая нагрузка даже для молодого крепкого парня.

— Но сейчас всё стало проще, — сказал я с улыбкой, предвкушая реакцию кузнеца.

Я подошёл к глиняной трубе, которая тянулась от стены кузницы к печи.

— Отдохни, Митяй, — бросил я ему, который с облегчением прекратил крутить педали и вытер лоб рукавом.

На трубе я открыл створку — небольшой металлический клапан, закреплённый на рычаге. Раздался свист выходящего воздуха.

И тут поток этого воздуха вырвался и пошёл прямо в печь. Там загудело, пламя усилилось, заполнив все пространство в горне, а у кузнеца глаза полезли на лоб от удивления. Жар от печи стал настолько сильным, что всем пришлось отступить на шаг назад.

— Это как, Егор Андреевич? — выдавил он из себя, не отрывая взгляда от горна.

— А вот оттуда, — я махнул рукой за спину, в сторону реки. — Вот с компрессора и гонит сюда воздух.