Воронцов. Перезагрузка. Книга 6

— Завтра, как сделаете всё до конца, вот вместе с Фомой и приезжайте, — продолжил я, представляя, как покажу ему действующий механизм, и какое впечатление это произведёт на мастера. — Возьмёте заводного, а потом, когда назад будете возвращаться, кому-то из своих скажу, он проведёт вас на обратном пути.

Савелий Кузьмич улыбнулся, кивнул и сказал:

— Хорошо, Егор Андреевич, так и сделаю.

— Ну, на этом и договорились, — сказал я, протягивая ему руку, а потом на полушаге остановился и добавил: — Савелий Кузьмич, вы цену-то не назвали. Скажите, Фома с вами рассчитается.

— Нет, Егор Андреевич, — ответил кузнец, вытирая руки о фартук, прежде чем пожать мою. — Во-первых, мне самому интересно, что будет из всего этого, а во-вторых, Иван Дмитриевич за всё уплатил.

Его рукопожатие было крепким, как и подобает человеку его профессии — мозолистая ладонь, сильные пальцы, привыкшие держать тяжёлый молот.

— Я лишь покачал головой. Ну, вам виднее, Савелий Кузьмич, — сказал я ему, мысленно отмечая, как далеко распространяется влияние Ивана Дмитриевича в этом городе.

Я вернулся в таверну, где Фома и Захар уже обедали. Трактирный зал был полон народу — купцы, заезжие торговцы, местные ремесленники, все ели, пили, громко разговаривали.

Протиснувшись между столами, я плюхнулся на скамью рядом с Захаром. Тот уже доедал свою похлёбку, вытирая край миски куском хлеба. Фома же неспешно разрезал ножом большой кусок запеченного мяса.

— Спасли градоначальника-то, Егор Андреевич? — спросил Захар, с интересом оглядывая меня.

— Вроде того, — кивнул я, подзывая трактирщика. — Полностью поправится.

Мне тут же принесли миску наваристой похлёбки, от которой шёл пар, и кусок свежеиспеченного хлеба с золотистой корочкой. Я с жадностью набросился на еду, чувствуя, как с каждой ложкой ко мне возвращаются силы.

Жуя хлеб, я посмотрел на Фому, который с видимым удовольствием потягивал квас из деревянной кружки:

— Фома, у меня к тебе будет поручение. Завтра нужно забрать готовую деталь у Савелия Кузьмича.

Тот кивнул, утирая усы:

— Сделаю, Егор Андреевич. А когда обратно в Уваровку?

— Завтра и поедете. Кузнец, кстати, тоже в Уваровку поедет, вместе с тобой, — добавил я, отламывая ещё кусок хлеба. — Так что к утру прикупи пару туш свиней. Как раз промёрзнут по дороге, пока доедете.

Фома одобрительно прищурился, видно было, что идея ему понравилась:

— Сделаю, Егор Андреевич. Тут на базаре свиньи хорошие, упитанные. Как раз к вечеру сторгуюсь. А к утру их разделают.

Захар оторвался от своей тарелки и, вытирая губы рукавом, спросил, глядя на меня с нетерпением:

— А когда мы-то выезжаем, Егор Андреевич?

Я указал ложкой на еду, улыбнувшись:

— Вот доедим и поедем.