Восточная сказка

Смотрю на кругленькое личико дочки, длинные черные локоны, разметавшиеся по подушке. За эту девочку и ее мать я готов убивать голыми руками. Пусть только сунется кто. Размажу по стенке.

- Дрыхнет зайчонок, - шепчу Алине. Осторожно касаюсь губами шеи. Не поцелуй. Всего лишь легкое прикосновение. Взяв жену за руку, веду к себе в кабинет. Алина держится из последних сил. По лицу вижу. Еще минута-другая, и начнет истерить. Аккуратно усаживаю в кресло. А сам быстрым шагом иду на кухню.

- Накапайте что-нибудь успокоительное, - прошу Софью. Она кивает, опустив голову. Но я все равно успеваю заметить полные глаза слез.

- Вы мне ничего не хотите сказать, Софья Петровна? – спрашиваю грозно. Вытирая мокрые щеки, тетка жены набирает воду в стакан и, найдя флакончик с вонючей едкой жидкостью, спокойно отмеряет десять капель.

- Алина тебе все расскажет. Я не имею права, - бросает поспешно. Передает мне стакан и, опустив голову, хлопочет на кухне.

О как! Нормальный поворот, да?

- Естественно, с Алиной я поговорю. Но и вам, Софья Петровна, придется дать объяснения, - заявляю я, выходя.

А вернувшись в комнату, тревожно гляжу на жену.

Алина, словно статуэтка, застыла в кресле с совершенно прямой спиной и гордо вскинутой головой. Наверняка не двинулась с момента, как я ее оставил. Только в глазах полыхает огненный микс ярости и решимости. Взболтать, но не перемешивать. Стакан с успокоительным медленно переходит из моих рук в Алинкины. Сажусь напротив и, еле сдерживаясь, жду, пока жена, сделав пару глотков, отставит стакан в сторону. Беру ее ладони в свои и спокойно, но строго спрашиваю.

- С чем мы имеем дело, Алина? Расскажи, пожалуйста. Я обязан знать.

От автора

Дорогие мои читатели! Доверьтесь автору! Сюжет строится таким образом.

Но ни одно из значимых событий в жизни Алины не будет упущено. Я вас уверяю.

74"

"Алина жадно отхлебывает воду из стакана и, вздохнув, начинает говорить. Спокойно, без эмоций. Как робот. Отвлекается, лишь когда в комнату заглядывает Софья. Спасительница и благодетельница. Но ни разу не тетка. Жена тянет к ней руку и, махнув рукой на диван «садись!», продолжает. Чувствую, как изнутри поднимается затаенное бешенство. Даже когда я по молодости дрался на ринге, не испытывал такое.

За Алину я могу грохнуть. И пусть неизвестно, как сложилась судьба этого недоноска Тимура, но с Айратом мы еще встретимся. Слушаю внимательно, иногда поглядываю на Софью, ободряющую свою любимицу. Эти двое нашли друг друга. Страшно подумать, как сложилась бы жизнь моей девочки, если бы не наша Петровна. Я даже представить не могу, как можно бить женщину ногами. А свою дочку тем более… В памяти неожиданно всплывает та наша самая первая встреча. Я тогда толком и лица не рассмотрел. Только почувствовал дикое притяжение.