Восточная сказка

Мурат, Айрат, Багдад, Конгломерат…

Обожаю эту способность мужа перевести все в шутку. Умеет Герман ослабить накал страстей. Хихикаю, уткнувшись лицом ему в грудь.

- Может, послать всех подальше? – раздраженно интересуется муж и сам же обрывает себя. – Это не вариант. Нужно раз и навсегда уладить конфликт. И какого надо от тебя Айрату, тоже узнать не мешало бы. Но ты можешь не выходить. Я сам…

Наскоро чмокает меня в макушку и уже собирается выйти из комнаты, когда к нему со всех ног кидается Настя.

- Папа! – требовательно тянет вверх ручонки. Герман легко подхватывает малышку.

А она тотчас же обвивает ручонками мускулистую шею отца.

- Хоцу с тобой! – заявляет требовательно.

Я смотрю на мелкие темные кудряшки, раскиданные по маленьким плечикам, обтянутым розовым трикотажным платьем. Перевожу взгляд на хитрющие темные глазища, маленькую пуговку носа и губки, что-то шепчущие отцу.

- Потом, милая, - улыбается Герман. – Пойдем гулять и возьмем с собой на прогулку Фродо. Он покатает тебя на спине. А сейчас у нас с ним кое-какие дела. Ты пока покорми кукол, что ли…

Фродо – наш пес породы Фила Бразилейро.

Огромная собака с печальными и умными глазами. Когда-то в Бразилии их вывели для поимки беглых рабов. Но наш Фродо - это просто мощный пес-компаньон. Он стережет территорию и обожает нашу семью. Такая здоровенная живая игрушка…

- Кстати, где этот лодырь? Опять дрыхнет на террасе? – усмехается Герман и, слегка свистнув, зовет.

- Фродо, ко мне! Живо!

Тут же слышится топот сильных собачьих лап, и буквально через минуту наш красавец появляется в коридоре и чуть не сбивает нас с ног. Трется мордой, выражая преданность и любовь.

И будто всем своим видом спрашивающий «Что случилось? Кого нужно защитить?».

Герман слегка гладит большую собачью башку, больше похожую на бычью. И передав мне Настю, быстро уходит прочь.

- Герман… - окликаю растерянно.

- Я тебя позову, если хочешь, - бросает он, прежде чем скрыться за поворотом.

- Хорошо, - блею испуганно. Не знаю, чего добиваются отец и Айрат. Не хочу их видеть. Но и прятаться по углам не стану.

- Смотри, малыш, - усаживаюсь вместе с дочкой на лохматый ковер. – Мишка и зайка идут в гости к твоей Лизе.

Нужно угостить их чаем…

Прислушиваюсь, в надежде что-то услышать. Но бесполезно. Детская, как и наша спальня, самые дальние комнаты в доме."

"Неожиданно вспоминаю, как перед самой свадьбой мы с Германом ездили выбирать дом. Естественно, Лиманскому хотелось вытащить меня из Софьиной квартиры, пропитавшейся горем. Под дождем мы долго колесили по близлежащему Подмосковью. Целовались, стоя в пробках. Пили припасенный в термокружках чай и жевали бутерброды. Вот только найти дом своей мечты так и не смогли.