Вознесенная грехом

– Черт, только ты можешь думать о чьих-то зубах, находясь в плену у заклятого врага своего отца.

Он прислонился к решеткам, и я попыталась увидеть в нем мужчину, с которым пересеклась в клубе, а не своего врага и похитителя. Тогда к нему нельзя было подойти, он был под запретом со своими татуировками и происхождением, не относящимся к клану Семьи, именно поэтому я не рассматривала его повнимательней. Но сейчас дала ему второй шанс: он был красивым с этими острыми чертами лица, голубыми глазами и высоким, мускулистым телом. Темные джинсы, белая футболка и черная байкерская жилетка определенно работали в его пользу, хотя мне и не нравился свободный стиль в одежде.

Когда я использовала единственный козырь, который у меня был, мое самое лучшее оружие, казалось, не существовало ничего невозможного. Если бы это был кто-то другой из байкеров, даже ради своего спасения я не смогла бы заставить себя флиртовать с ними. Но с Мэддоксом…

Он разглядывал меня с первой секунды нашей встречи, и не только как пленницу. Во всяком случае, я умела понимать и на расстоянии, что мужчина желает меня. И Мэддокс желал меня.

– Это все, что я могу делать, – сказала я, мой голос звучал менее враждебно, более мягко и почти игриво.

– Ты могла бы плакать и молить о пощаде.

– Разве это что-то бы изменило? – сухо спросила я.

– Нет.

– Не люблю тратить время впустую, – сказала я. – Жизнь слишком коротка, чтобы заниматься тем, что не приносит удовольствие…

Мэддокс улыбнулся, и ямочка, которая на самом деле была шрамом, появилась на щеке.

– Тогда почему ты тратишь свое время, флиртуя со мной, избалованная принцесса? Возможно, ты считаешь меня животным, но я не думаю членом.

Он приподнял воображаемую шляпу и отошел от решетки, улыбка исчезла, а взгляд стал более настороженным.

– Сиди тихо и не флиртуй с моими братьями по клубу, им нужно намного больше, чем ты можешь предложить. Если не будешь высовываться, то в скором времени вернешься домой целой и невредимой. Твое наследство обеспечит тебе жизнь, наполненную походами по модным бутикам, после того, как ты вытрешь слезы из-за смерти своего отца.

Я подавила ярость.

– Думаешь, месть осушит твои слезы от потери твоего отца?

Мэддокс прищурился.

– Я не просто потерял своего отца, его отняли у меня самым варварским способом.

– И ты считаешь, что, если сам станешь варваром, тебе полегчает?

– Речь не о том, чтобы стало легче, а о мести.

– Но, убив моего отца, ты не заставишь его страдать. Он не боится смерти. Если хочешь отомстить, тебе придется причинить ему такую же боль, какую он причинил тебе.

– И как же мне это сделать?

Я горько улыбнулась.