За пределом беспредела

Смотреть на разгневанного шефа было все равно что заглядывать в пасть разъяренному медведю. Хорек не сомневался в том, что нечто подобное сейчас ощущает и Крот. Хорек не был специалистом по статистике, но из сведений, которыми он располагал, следовало, что «быки», отошедшие от бригады, жили максимум месяц, Их находили с перерезанной глоткой, с пробитыми черепами. О факте устранения вскоре узнавали все. Разумеется, о забавах неизвестного палача был наслышан и Крот.

– Колян, ну ты че, в натуре? Чтобы я падлой был! Ты меня из чалки выдернул, на вольные хлеба определил, а я добро забывать?! Да не было никогда такого с Кротом! – засверкал бывший зек золотыми зубами. – Ты мне только скажи – да я ради нашей дружбы для тебя не одного Варяга, а сотню воров на тот свет отправлю!

Николай неожиданно улыбнулся:

– Пошутил я. Не надо никого резать. Рановато еще.

На лице Крота проступило облегчение.

– Только ты, сука, не радуйся. Если я сказал убрать, значить, надо будет убрать! И не во имя нашей дружбы, а потому что я тебе приказал. Ты меня понял?

– В натуре, братан!

Колян хищно вцепился пальцами в лицо Крота:

– Я тебя еще раз спрашиваю, ты меня понял или нет?

– Я тебя очень хорошо понял, Колян, – глухо пробормотал Крот, сожалея о том, что пытался держаться с бригадиром на дружеской ноге. Того Коляна, которого он знавал в юношестве, давно уже не существовало – перед ним сидел хищник, вожак стаи. – Сделаю все так, как ты хочешь.

Пальцы Радченко разжались. Колян удовлетворенно произнес

– То-то же. Не знаю, какие у вас там порядки в тюрьме, – не сидел и сидеть не собираюсь, но здесь мое слово – закон! И мне очень не нравится, когда меня не понимают. А вообще, по-моему, в тюрьмах только дураки сидят. Умным надо быть, и тогда никогда не попадешься. Ладно, Спиридоныч, жми на газ. Поехали!

Глава 47. НЕ РЫПАЙСЯ, ПАРЕНЬ!

– Ой, Герасим Савельевич, я как чувствовал, что вы чего-то не договариваете. Вот только никак не мог понять, чего? И если бы не одна случайность, так, может быть, никогда бы и не понял."

"Заботин хмуро посмотрел на Глухаря. Теперь он ощутил: его агент не так прост, каким казался вначале. Парень сумел переиграть его уже потому, что встретились они не на конспиративной квартире, как бывало раньше, а в офисе Заботина, координаты которого Герасим Савельевич тщательно скрывал. Разве мог Заботин предположить, что станет объектом интереса не каких-то там спецслужб, а обыкновенного бандита с кастетом в кармане?

А какую дерзкую шутку сыграл над ним Радченко – записался на прием и явился в качестве обыкновенного посетителя! Переступил порог и выразил неподдельное изумление от нежданной встречи в духе лучших традиций художественного академического театра.