Разведенка с прицепом (СИ)

Насколько тебе это нужно, Ясемин? И… — он все-таки озвучил это, хоть и позже, чем я ожидала, — возможно, что со временем ты передумаешь и захочешь помириться с этим… Батмановым.

— Никогда, — просипела я, подавившись слюной, — ни за что я не захочу даже видеть его.

— Жизнь долгая и заковыристая штука, Ясемин, — задумчиво проговорил Эмир, — никогда не спеши что-то отрицать. Потом все может измениться. И ты захочешь, чтобы у ребенка был родной отец

Я знала, что такого никогда не будет, но в тот момент меня заботило другое.

— Вы правы насчет меня, эфендим.

— Правда? И какие же?

Я колебалась всего доли секунд. Лучше сказать, чем носить это в себе.

— Говорили, что Эмир Дениз очень требователен к своим бизнес-партнерам. Особенно к их моральному облику. Потому Дамир и женился на мне. Надеялся, что фиктивный брак решит все его проблемы.

Эмир хищно оскалился.

— Это говорили дурные люди, дочка. И твой муж такой же дурак. Разве брак делает человека честным? Мне важно вести дела с честными и порядочными людьми.

"Я глубоко вздохнула, сохраняя молчание. Мне не было что ответить.

— О моей репутации не беспокойся, Ясемин, — продолжил Эмир, — у меня уже есть внебрачные дети. Двое, Нурай о них знает. Я был молодой, несдержанный. Не достаточно умный. Они уже взрослые, всем обеспечены, но семья у меня по-прежнему одна. Так что еще одно отцовство не ляжет пятном на моей кристально чистой репутации.

— А вы сможете сделать так, чтобы в документах стояла другая дата? — спрашиваю, затаив дыхание. Вместо ответа Эмир на миг смыкает веки. — Тогда я выбираю Измир.

Глава 2

ДамирЯ все-таки купил эту гребаную фабрику.

Смотрю на нее из окна автомобиля и не могу понять, почему внутри так спокойно. Я должен кайфовать, торжествовать. Испытывать удовлетворение, в конце концов.

Он думал, что меня нагнул, а я его обошел. Этого чертового Эмира Дениза, на которого молится половина текстильщиков Турции.

Фабрику я купил у другой компании, но он так старательно вставлял мне палки в колеса, что выйти на турецкий рынок стало для меня делом принципа. Настолько, что по итогу я туда не вошел, а ввалился.

Выхожу из машины, разминаю запястья. Смотрю на высокий забор с постройками — цеха, склады, административный корпус. И не могу до конца поверить.

Здесь в принципе не любят чужаков, доля иностранного капитала ничтожно мала — в Турции хватает богатых людей.