Железное пламя

Депеша подполковника Нолона Колберси генералу Лилит СорренгейлКсейден

Каждая нота ужаса в мысленной песне Сгаэль играла у меня на спине, когда я завис в нескольких футах над полем боя, – мышцы оцепенели, сила бесполезно металась внутри меня. Даже если он отпустил бы меня, я сомневался, что мне хватило бы сил на магию. Он изнурил меня просто, сука, играючи.

Я не мог и надеяться с ним тягаться. Никто из нас.

Каждый нерв в теле вопил от испепеляющей боли, перегрев от магии сжигал меня заживо. Но хуже боли было поражение.

– Неприятно, да? Выгорание? – Мудрец в голубом балахоне, потемневшем внизу от тающего снега, медленно кружил вокруг, в паре футов от пропасти, которую мне когда-то пришлось пересечь по парапету, чтобы доказать, что я достоин этого места. – Магия любит равновесие. Возьмешь слишком много – и она сожрет тебя за дерзость.

Я рвал созданные вокруг меня оковы – невидимые струны силы, распявшие меня, как свинью перед разделкой.

– Ты бьешь. Я блокирую. Ты бросаешь. Я уворачиваюсь. – Вэйнитель вздохнул, рисуя в грязи за собой посохом.

Все прямо как в моих долбаных кошмарах.

Вот только пот, сбегавший по шее, напоминал, что это очень даже наяву. Что Вайолет – под Басгиатом, борется за чары; что Тэйрн разгоняет виверн, рвущих Сгаэль надо мной, чтобы не подпустить драконицу ко мне. Что со мной не так, что я подвожу всех женщин в своей жизни?

– Итак, я дам тебе последний шанс сделать правильный выбор – и покончим с этим, – сказал Мудрец, остановившись передо мной и улыбаясь, сверля жуткими глазами в красных кольцах и паутине.

Он отступил на пару шагов, потом постучал по земле посохом.

Гравитация вернула меня себе, и я рухнул на четвереньки.

– Я же говорил, что ты придешь ради любви. – Он протянул ко мне руку. – И ты пришел."

"– Ты ни хрена обо мне не знаешь. – Я с трудом попытался подняться и снова упал на колени, пока Сгаэль ревела над головой в бессильной ярости.

– Я знаю о тебе больше, чем ты думаешь. – Вэйнитель опустил посох и оперся на него.

– Это потому, что ты Мудрец? – сплюнул я, упираясь ногами в склон холма, смотрящего в сторону Тиррендора, и потянувшись за своей силой.

– Мудрец? – Он рассмеялся. – Я мавен. Генерал.

По моим глазам побежало пламя, и тени заструились из-под меня, хватая туловище этой самовлюбленной сволочи. От захлестнувшего удовлетворения я почувствовал себя лучше, чем от чуррама.

– Генералы умирают так же, как и солдаты.

Я боролся с собственными руками, чтобы их сдвинуть, но они не слушались, – мышцы успели отказать за то время, что я провисел в небе из-за его магии.

– Неужели? – снова расхохотался вэйнитель, объятый тьмой. – Ну же, маг теней. Сдавайся. Только так ты еще можешь спасти ее.

– Пошел ты.