Зимнее чудо для Снежного лорда

Она посмотрела Лие за плечо. С похолодевшей душой Лия проследила за ее взглядом и обернулась.

– Б… Барт…

Муж сидел на полу, прислонившись к дальней стене, и обеими руками сжимал голову, словно боялся, что она отпадет.

– Он сидит так уже полчаса! – прошипела госпожа Гейл, надвигаясь на Лию всем немаленьким весом. – И ни на что не реагирует! Что ты сделала с моим сыночком?!

– Я… но я… не понимаю…

Лия замолкла, оборвав себя на полуслове.

Перед глазами мелькнула картина: Барт на коленях и крылатая тень за его спиной. Занесенный меч, стук падающего тела, теплые капли, упавшие на щеку.

Дрожащей рукой она коснулась этой щеки. Поднесла пальцы к глазам.

Крови не было…

Ей все приснилось?

Но…

Но что же тогда здесь произошло?

Она обвела вокруг потерянным взглядом.

В комнате ничего не напоминало о случившемся. Огонь в камине давно догорел, но угли еще тлели. Стекло в окне было целое, без признаков изморози. С улицы заглядывал солнечный свет. Только… только кожу по всему телу пекло так, словно Лию ошпарили!

Она поймала на себе презрительный взгляд свекрови.

– Бесстыдница!

Лия опустила глаза.

– На вот, прикройся! – госпожа Гейл сорвала с кровати одеяло и швырнула в нее. – Зачем только мой сыночек женился на такой лахудре!

В ответ из угла, где сидел Барт, послышался тихий смех.

От этого смеха Лия вздрогнула, а госпожа Гейл бросилась к сыну. Она упала перед ним на колени, схватила за голову и попыталась заглянуть ему в лицо:

– Сыночек? Что эта гадина сделала с тобой?

Смех стал громче и… безумнее.

Оттолкнув мать, Барт поднял голову.

Лия похолодела: он смотрел прямо на нее, но в его глазах не было и проблеска мысли, а левую щеку украшала тонкая, длинная царапина, из которой сочилась кровь.

– Барт? – Эрса осторожно шагнула к брату. – Как ты себя чувствуешь?

Он не обратил внимания на нее. Его взгляд, не отрываясь, смотрел на Лию. Но в нем не было ни капли узнавания.

– Барт? – Эрса сделала еще один шаг.

– Пожалуйста, – прошептала Лия, – не подходи к нему! Не с Милим!

– Что ты такое несешь? – нахмурилась та.

Затем посмотрела на мать. Госпожа Гейл уже поднялась, но не спешила снова приблизиться к сыну.

Барт продолжал смотреть на жену. Он уже не смеялся. Коснулся царапины, моргнул и поморщился.

– Шлюха! – выплюнул с обычным презрением.

Лия вздрогнула.

– Барт, сыночек, – госпожа Гейл протянула к нему руки.

Но он снова оттолкнул ее и поднялся.

– Эта тварь, – Барт указал на жену, – опозорила нашу семью.

Лия сжалась.

– Что ты такое говоришь, сынок? – удивленно спросила мать.