Академия Мечтателей

Но зачем создавать иллюзию глобального заговора и при этом нанимать головореза с подворотни? Стрелок не мог не понимать, что ему не дадут уйти. Или ему было уже всё равно?

Аббас тихонько свистнул и на его ладонь запрыгнул последний паук. Чисто. Стрелок был один.

— Что у вас? — Мастер повернулся к адептам.

— На причале остались только мы, — отчиталась Иримэ, — и труп.

— Подтверждаем, — Себастьян свернул поисковую сеть и вытер со лба пот, — но мы всё ещё можем попытаться найти сообщников по запаху.

— Нет смысла, — инкуб подошёл к распластанному на мостовой телу и вытащил из груди стрелка метательный нож, демонстрируя ошарашенным адептам измазанное зеленоватой жижей лезвие.

— Лич? — Беатриса недоумённо мотнула головой, словно отказываясь верить в происходящее.

— Именно, ирия ур шан Хеллерсс, самый настоящий лич, хотя должен признать, работа по воскрешению намеренно была выполнена довольно грубо, — Мастер Рейнгарс тщательно вытер кинжал от слизи и придирчиво осмотрел часовую башню, пытаясь понять, где искать второй нож, — личность восставшего полностью уничтожена, а магический потенциал практически нулевой. Кто мне ответит, почему это важная улика?

— При повторном воскрешении такой нечисти нельзя полностью восстановить её память, а значит и не получится выявить личность заказчика.

— Принято, адепт да Коста, но это неосновная причина. Ещё предположения?

— Отсутствие ментального шума, — Иримэ прекратила бессмысленные попытки очистить брюки от грязи и повернулась к Мастеру, — приближение лича практически невозможно отследить. На них не реагируют сигнальные артефакты, бесполезны и солнечные агаты. Даже нюх и поисковые щупы ищеек не всегда могут его обнаружить.

— Правильно, но это тоже не всё. Ещё версии будут?

Пока адепты размышляли, Аббас залез на крышу, надеясь вернуть любимый нож. Клинки из заговорённой дармангорской стали[29] были слишком большой редкостью, чтобы ими разбрасываться.

А это что такое? Инкуб моргнул, пытаясь прогнать нелепое видение, но картина осталась прежней. На небольшой смотровой площадке лежали ярко-синий плед и мохнатые розовые носки.

Оставить столь нелепую и пёструю улику могли только гномы, но поверить, что убийство ирии заказал горный народ, Мастер Клинка не мог. Это было абсолютным абсурдом.

— Адепт Мейгорра, адепт да Коста и адепт Сайвелли, поднимайтесь сюда.

Что ж попробуем для начала выявить все подводные камни, возможно, парни смогут обнаружить то, что пропустил он.

— Плед и носки? — поднявшийся на крышу Себастьян замер и протёр глаза.

— Здесь ещё три тарелки с печеньем, кусок сыра и недоеденная палка колбасы, — Аббас вздохнул и продолжил обход смотровой площадки, — и шляпа с пером.